Автор
В комнате творится безумие — каждое движение вызывает новый пугающий шорох из коридора. Карина вздрагивает от каждого звука, как мольба о помощи, проникающая сквозь замшевые портьеры. Ощущение переполоха и неизвестности кружит голову, приковывая взгляд в потолок.
Так, что они белеют. На лбу складка, которую хочется стереть пальцами.
— Че врач?
Хоть Вит пытается показать, что ему все равно, но по напряженной позе вижу, что это только маска безразличия.
— Ну, обойдусь без операции, но на площадку вернусь не раньше, чем через месяцев пять.
— Вот блин, — рычит Виталик. — Ну хорошо, что без операции.
Рус только кивает."
"Спина каменеет, когда вижу, как в кофейню заходит та самая Лиля. А следом, поддерживая ее за локоть заходит…Леша?
Удивленно распахиваю глаза и бросаю взгляд в сторону Руслана.
Не понимаю, что происходит?
— О, смотри, уже нашла тебе замену, — ржет Виталик.
— Так она и была с ним. А тут решила ко мне сунуться, — бесстрастно отвечает Руслан.
Еле сдерживаюсь, чтобы не переспросить, что он несет. Я же своими глазами видела, как она на Руслана вешалась и обсуждала с ним последние события его жизни.
Девушка бросает на нас злой взгляд и начинает ворковать с Лешей.
Уже хочу сказать Руслану, что Леша писал мне сообщения про него и Лилю, но вовремя прикусываю язык. Не время и не место. Много посторонних ушей и посторонних глаз.
Какое-то время болтаем ни о чем и возвращаемся на такси домой. Родители уже приехали.
Заходим в холл. Мама разговаривает с Аллой Алексеевной. Что-то объясняет, активно жестикулируя.
Владимир выходит из кабинета.
— Ну что, как ты, сын?
— На своих двоих, значит, уже лучше, — пытается отшутиться Руслан.
Но что бы он из себя ни строил, понимаю прекрасно, что облегчение намного сильнее, чем он показывает.
— О, Кариш…
— Вы же сегодня ночью летите? — Перебивает Руслан.
Мама удивленно моргает и переводит взгляд на Владимира. Мужчина задумчиво потирает шею.
— Тут такое дело. Мы решили не ехать.
— Почему? — Руслан складывает руки на широкой груди.
А я на мгновение позволяю себе полюбоваться статной фигурой.
— Ну все-таки ты после травмы. Тебе нужен уход, — начинает оправдываться мама.
— Какой? Утки за мной вытаскивать? Насть, глазки открой, я без костылей.
— Руслан, разговаривай нормально.
— А я нормально разговариваю, — атмосфера накаляется. — Мы как договаривались? Вы не полетите, только если нужна будет операция. Операция не нужна. Я прекрасно справляюсь. Нахрена из меня делать сейчас инвалида, которым я не являюсь? Когда у вас еще выпадет шанс вдвоем куда-то рвануть?
Руслан напирает, а мне становится некомфортно.
