Автор
Ничего удивительного — потрясенные первым звонком. Эти люди обучены давить, нащупывая слабые места... Никто не посягнет на нас сейчас. Просто психологический прессинг. Марина Васильевна придирается, но я должна продолжать работу. Успокойся, думай и действуй.
Нервничаешь, супермен? Моей реакции ждешь и опасаешься? Понимаешь, что легко могу взбрыкнуть?
Мне не доставляет удовольствия сидеть тут, с этими богатенькими буратинами, живой веселой игрушкой, тупо хлопать ресничками и ощущать себя днищем.
А если нет удовольствия, то надо прекращать, так?
И начинать уже, наконец, получать удовольствие? Почему бы и нет?"
"Я ласково трусь макушкой о плечо Тимура, нахожу его ладонь и переплетаю наши пальцы, делая позу не однобоко-главенствующей, а очень интимной и сладкой.
Все равно по мне видно, что только что целовалась, так нафига стесняться? Чтоб Марика получила кайф? За мой счет?
А не пошла бы она!
— А я тут не была никогда, — не менее ласково улыбаюсь красотке, — Тимур вот… Пригласил…
Поднимаю голову, чтоб поймать тяжелый взгляд, на дне которого прячутся смешливые одобрительные ноты.
У нас с ним похожее чувство юмора.
Почему бы не поиграть?
Перевожу взгляд на Марику, смотрю в ее красивое, холодное лицо. Улыбается, и только в глубине глаз злость.
Недовольство.
Не нравится, что такая матрешка рядом с Тимуром сидит. И хоть понимает, уверена даже, что это делается назло, но все равно бесится.
Краем глаза ловлю усмешку Тимура.
Легонько поглаживаю большим пальцем по внутренней стороне его ладони. Типа, не переживай, я не кину. Хоть и гад ты редкий, игрульки свои затеял, но все же не скот. Помог мне очень, несмотря на то, что причины, может, и не самые благородные. Но помог.
И сейчас, за минуту до прихода Марики и компании, целовал… И слова говорил… Чувствовалось, что искренне.
По крайней мере, мне хочется в это все верить…
И шутит смешно. Обхохочешься.
Тимур усмехается, вальяжно сидя и небрежно прижимая меня к себе.
Такой победитель по жизни, вечный мачо.
И все равно чувствуется, что ему несладко сейчас, Марика эта… Она умеет очаровывать мужчин… И то, что сейчас она с Русланом, Тимура явно неприятно задевает.
И он хочет реванша.
И я хочу.
Просто потому, что не люблю ощущать себя говном. Хватит уже, первые двадцать лет своей жизни наелась.
— Тимур любит это место, да, — мурлычет Марика, изгибаясь, как кошечка.
— Не особенно, — вступает Тимур, лениво и мажористо, — но Вика захотела посмотреть…
— Ну да… — кивает Марика, — а ты откуда Вика? Не москвичка же?
— Нет, — скалюсь радостно и глуповато, — я деревенская. Только вчера еще коров доила, а сегодня тут, с Тимуром… А ты? Давно приехала?
Марика открывает рот, глаза сверкают.
