Автор
Внутри гостиной разбросаны сувениры и предметы из старых интерьеров. Мышонок глазами розом озирается по комнате — каждое движение будто провоцирует новый крахмальный фрагмент на ковре. Найдя то, что считает лучшим для разрушения, он решительно вступает в бой с новыми предметами. Воздух наполнен нотками старого и полного потерь — идеальное backdrop для приключений маленького исследователя мира....
Хорошо, что мужчина был без сознания, иначе я бы никогда не осмелилась так грубо с ним обращаться.
Я впервые увидела обнаженное мужское тело. Никакого очарования и трепета это у меня не вызвало. Только жалось и некоторую брезгливость. На коже не было ни единого чистого и здорового места. Старые и новые рубцы перекручивались, нарастая друг на друга, багровые росчерки шрамов, воспаленные, уродливые, безобразные ... Мужчина хрипло дышал, грудь дерганно поднималась и опускалась...
Я смотрела на него, как на чужого незнакомого человека, отвлеченно и холодно, механически отмечая загноившиеся раны и разорванные мышцы.
Марта взяла меня за руку и твердо сказала ""Он еще не умер, значит шанс есть. Давай, графиня, берись за дело"".
Следующие сутки превратились для меня в нескончаемый кошмар. Мы промывали, обеззараживали раны потратив почти три литра самого крепкого вина (спасибо папе), удаляли сгустки крови, гноя, обрезали прокалённым на огне ножом гниющие ошметки кожи и мяса, пока яркая кровь не лилась с раны. Штопали его, словно дырявый носок. Думаю, крови он из-за нас лишился немало... Мы двигались постепенно сверху вниз, не пропуская ни единой царапины... Марта руководила, а я... я ни о чем не думала, потому что если бы хоть на миг задумалась, что я делаю.
