Ночью город засыпал, и только холодный дождь стучал по старым фонарикам. Мы шагали молча по улицам, их прохожие замершие в растерянности перед тревожным шепотом бури за окном. Казалось, каждый звук нарастает до безумия — будто душа каждого из нас готовится к самому жуткому чудовищу....
Затем, взглянув на Абигель, сказала:
– Значит, я обязана вам своей жизнью?
– Это ничего… Там, – она, подняв глаза вверх, указала на небо. – Думаю, там нам всем зачтётся. Но это ещё не всё. Вы не знаете главного.
Она, вдруг уставившись на меня и остановив на мне пристальный взгляд больших серых глаз, сказала:
– Теперь вы считаетесь погибшей! Более того, вас похоронили, и за поселением находится ваша могила. Никто не знает, что вы живы, а умершая – она, та, что хотела уничтожить нас заживо. Та самая сумасшедшая, что столько лет держала в страхе всю округу.
Её рассказ сейчас с трудом укладывался в моей голове. Всё, что она рассказала, походило на кошмар из ужасного и слишком трагичного, чтобы быть реальностью – сна!
Моё восстановление было долгим и изнурительным и заняло несколько месяцев. Я заново научилась ходить, а со временем и свободно двигаться, и всё это благодаря строгому и умелому присмотру за мной Абигель. Изо дня в день она отпаивала меня, по её словам, имеющими неимоверную целительную силу травами; заставляла делать полезные упражнения для позвоночника и ног.
