Начало текста: Узнав о планах начальницы на свидание, группа подростков вокруг нее начинает неловко шутить и придумывать причины ее задержки — от амурных до фантастических. В этот раз Гришка включает ей любимую фразу актера из известного фильма, заставляя подражать его жестам и выражением лица....
Громко, настойчиво и длинно прогремел первый звонок.
— Ну что ж! — с боевым настроем сообщила девушка. — Я домой. А вам пожелаю приятного просмотра!
Поднялась со стула, подхватила со стола свою стильную сумочку-клатч, улыбнулась только Юльке:
— Я рада, что у тебя все хорошо, Юль. — Перевела взгляд на Власова: — Всего доброго, Игорь Николаевич.
— Все-таки уходите? — Он немного опешил от такой стремительной перемены событий.
— Да, как-то сегодня с приобщением к искусству у меня плохо получается. — И быстро перевела взгляд на Юльку: — Пока!
— Пока, — ответила ей Юлька.
"Он смотрел вслед уходящей Дарье и с досадой думал, что с удовольствием послал бы этот спектакль к чертовой матери, туда же и сегодняшнюю партнершу театральную и поехал домой. Лучший вариант — отвез бы Дарью Васнецову домой, идеальный — домой к себе.
Но он будет досматривать постановку. С Юлей.
— Расстроилась? — участливо спросил он у загрустившей Юльки.
— Ты про то, что она шутила? — печально улыбнулась Юлька.
Власов кивнул.
«Как с ней Байков живет? Привык, наверное, как привыкают к болезням родных людей», — подумалось ему.
— Нет, не расстроилась. Васнецова, она всегда такая. — И попыталась объяснить: — Когда она входила в офис, с порога шутила, и народ как просыпался. То ходили еле-еле, переругивались, а стоило ей войти — и все улыбаются, громко разговаривать начинают, смеются, даже из других отделов приходят пообщаться с ней. Она острит постоянно, она так разговаривает, у нее так мысли устроены, образ мышления.
Длинно, громко и раздражающе прозвенел второй звонок. Юлька дождалась, когда он закончится, и продолжила говорить:
— Но знаешь, Даша единственный человек за всю мою жизнь, который извиняется передо мной.
Она всегда искренне извинялась, когда шутила и замечала, что я тоже слушаю. Подходила ко мне и извинялась, но так, чтобы только я слышала и чтобы не давать повода остальным надо мной шутить. Я понимала.
Юлька помолчала, допила остатки шампанского, поставила бокал на стол и задержала на нем взгляд.
— А однажды она мне предложила: «Юль, давай я тебе объясню самые распространенные анекдоты, логику интриги, шутки. И мы их запишем, чтобы ты их знала и не терялась, если их при тебе расскажут, особенно в незнакомой компании. Чтобы ты могла себя более спокойно чувствовать». И она мне записала больше тридцати анекдотов и объяснила эту логику-интригу. Специально для этого со мной после работы оставалась.
