Начало текста: Узнав о планах начальницы на свидание, группа подростков вокруг нее начинает неловко шутить и придумывать причины ее задержки — от амурных до фантастических. В этот раз Гришка включает ей любимую фразу актера из известного фильма, заставляя подражать его жестам и выражением лица....
Поддерживая в себе недовольство, спектакль не заценила в должной мере, немного посмеялась в особо удачных местах, а ближе к антракту притомилась от шумного и перенасыщенного действия на сцене и пошла в антракте в буфет в надежде выпить чаю.
Долго выбиралась со своего места — кто-то затормозил движение в конце ряда, и все стояли и ждали — и, добравшись в буфет, обозрев очередь, решила, что бог с ним, с чаем, не стоять же очередину такую из-за него. И уже уходила, когда кто-то громко ее окликнул.
Она обернулась, поискала взглядом, кто это мог быть, и сильно удивилась, поняв, что ее позвала Юля Байкова.
Дашка с безнадежной какой-то досадой подумала, что для полной обоймы ей как раз общения с Юленькой и не хватало! Ну, чтоб наверняка уж все плохо!
Но, как говорится, поздняк метаться, не сообразив сразу, что лучше ретироваться, сделав вид, что не услышала, она уже автоматически махнула рукой в ответ и только потом поняла, что попала.
Пришлось пробираться к Байковой.
У Дарьи вдруг почему-то зазвенело под коленками, и она перепуганно как-то подумала: «О господи!»
И больше ни единой мысли в опустевшей почему-то голове не проклюнулось. Она что, испугалась?
По ощущениям вроде нет!
Потрясение чувствовала: «Откуда, какое, с какого боку и почему? Непонятно»."
"Она присмотрелась внимательнее через плечо последнего проходившего перед ней человека.
Но что-то в его облике вызывало у Дарьи коллапс в голове, слабость в коленях и сбой сердечного ритма.
«Дура!» — обругала она себя, возвращаясь в разум из временного не пойми чего, перевела взгляд на Юльку, махнула ей в ответ и больше на мужчину старалась не смотреть.
Когда Дашка с ходу что-то шутливое ответила Юльке на ее идиотский вопрос, мужчина сделал некое движение корпусом, как бы собираясь защищать ее, и Дарья испытала такое неприятное, горькое разочарование!
Следом за которым, как чугунная плита, навалилась усталость сегодняшнего дня.
Теперь уж она вообще на него не смотрела, убедившись, что они вдвоем, обращалась только к Юльке и не помнила, о чем они говорили.
