В третий день путешествия мы достигли стены Даргарии на форштевне. Я вглядывался сквозь облака, пытаясь увидеть ее тайны и величие. Матросы с нетерпением ожидали каждого появления на палубе, готовясь к еще большему приключению.
Вот гиперпространство это, когда края этого листа бумаги согнули, и расстояние между ними очень сильно сократилось.
— Ничего не понял.
— Потом попробуй на бумаге сам.
— Слушай, что это у него на шее.
— У кого?
— У того, которого вернули.
Он уже вместе с остальными сидел в соседнем углу. Посмотрел на него и сразу всё понял.
— Теперь всё понятно.
— Что понятно. Рассказывай. Ты обещал.
— Они работорговцы. У него на шее рабский ошейник.
— Зачем он?
— Он для контроля за рабом. В нём есть взрывчатка. Если будет нужно, её взорвут и ему голову оторвёт.
— Кто взорвёт?
— Владелец раба и ошейника.
— Ты знаешь, как его снять?
— Знаю, но нужен специальный инструмент, а у нас его не наблюдается.
— Что будем делать?
— Пока ничего не сделаешь. Дальше видно будет.
— Нужно бежать.
— Ты никуда с корабля не сбежишь это не планета.
— Так они оденут их и на нас.
— Как оденут, так и снимем. Не дёргайся, веди себя спокойно, даже когда будут одевать его на тебя.
— Понял.
Через несколько часов привели ещё двоих также в ошейниках и забрали тоже двоих.
— Вкусно — сказал он, когда доел.
— Ничего особенного.
— Нас будут ими кормить?
— Похоже. Вот только придётся отбивать их у соседей.
— Это почему?
— Нам их мало дали.
— Отобьём.
— Чур, я первый сплю.
— Это почему?
— Я первый сказал.
— Опять мне первому дежурить.
— Не усни только. Эти могут напасть.
— Не усну.
Дарс разбудил меня через несколько часов. Мы поменялись местами. Он сразу уснул. На корабле была ночь, горел ночной свет и многие из стражей спали, трое, как и я, дежурили около спящих. Количество стражей с ошейниками увеличилось до семи.
