В третий день путешествия мы достигли стены Даргарии на форштевне. Я вглядывался сквозь облака, пытаясь увидеть ее тайны и величие. Матросы с нетерпением ожидали каждого появления на палубе, готовясь к еще большему приключению.
Думайте все, что дальше будем делать.
— По-моему, остаётся только возвращаться в Таргород, — сказал Дарс.
— Похоже, так. Вот только как сейчас туда попасть?
— Если только договариваться с Виланом.
— Нас восемь человек, как он нас повезёт? Ладно, мы втроём в кубрике разместимся, а женщины как поплывут? Впятером в одну каюту они никак не влезут.
— Нужно поговорить с ним.
— Кроме того, может он уже и не плавает туда.
— Всё возможно. Вернёмся, выясним.
— Думаешь, десятник решит возвращаться?
— Как будто у него есть ещё варианты.
— Судя по всему, вариантов у него действительно нет. Как думаешь, кто их прирезал?
— Да кто угодно. Могли и сами воины прикончить, купцы им задолжали за последний месяц.
— Тогда вряд ли.
— Почему?
— Мертвые серебрушки не заплатят
— Ты забыл, что у них были серебрушки для закупки дардума.
— Вряд ли. Повозка у них почти полная, они что-то закупили в Сандире. Похоже, решили меняться, как мы, а не покупать.
— Кто тогда?
— Не знаю, сам не понимаю. Может, это чья-то месть, а может конкуренты ночью подошли и зарезали.
— Этот бардак с охраной вышел им боком.
— Нас это уже не волнует. Что нам дальше делать? Вот это большой вопрос."
"— Хочешь отделиться от них?
— Не думаю, что это хороший вариант.
— Почему?
— Отделись, спрятались, вот они убийцы. Держите их. Ты не забыл, что мы здесь чужие?
— Действительно. Нужно быть вместе со всеми.
— Посмотрим, что решит десятник.
Десятник полдня думал вместе с остальными воинами что ему делать. Наконец они решили идти обратно.
— Рик, нам нельзя спать, теперь по ночам
— Думаешь, они могут напасть на нас?
— Запросто, чтобы нас обвинить в убийстве купцов.
— Согласен.
Мы три дня выбирались из леса, куда купцы забрались в этот раз. Деревни здесь уже считались гальскими, со слов старост этих деревень. Хотя никакой разницы между деревнями не было.
Через четыре дня караван вернулся к Сандиру. Мы встали в круг около ворот, но десятник, подумав, забрал подводу с телами купцов и поехал на ней в город.
— Дарс, не уходи пока никуда. Не нравится мне всё это. Может, понадобится срочно уходить отсюда.
— Почему?
— Воины. Они совсем перестали с нами общаться и явно что-то задумали.
— Хорошо.
Десятника долго не было, я уже подумал — не вернётся, когда он появился. С ним были трое купцов и десяток городских стражей.
