Алекс Мерф вновь оказывается в центре опасной игры между враждующими империями. Прошлое не отпускает героя, а прощение кажется невозможным. В мире, где политические границы решают судьбы, он должен выбрать сторону или остаться верным себе, рискуя потерять всё.
Раздел Chitat.online для книги «На границе империй. Том 10. Часть 3 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Алекс Мерф вновь оказывается в центре опасной игры между враждующими империями. Прошлое не отпускает героя, а прощение кажется невозможным. В мире, где политические границы решают судьбы, он должен выбрать сторону или остаться верным себе, рискуя потерять всё.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Алекс Мерф вновь оказывается в центре опасной игры между враждующими империями. Прошлое не отпускает героя, а прощение кажется невозможным. В мире, где политические границы решают судьбы, он должен выбрать сторону или остаться верным себе, рискуя потерять всё.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «На границе империй. Том 10. Часть 3 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
После чего зарядил один полностью, разрядив почти пустые обоймы у двух других игольников.
— Куда дальше? — и посмотрел на три двери передо мной.
Собственно, я заглянул за каждую дверь, и за каждой оказался пустой узкий коридор. Обернувшись, я приказал искину закрыть дверь, и пока дверь стала медленно закрываться, запросил у искина карту помещений. Вот только сразу получил отказ. На мой запрос дорожки искин также ответил отказом. При этом ехидно ответив, что у меня самый низкий уровень допуска. Это явно в стиле профессора. Я уверен, что местный искин настраивал именно он. Вот только искин не на того напал. Поначалу я хотел его в ответ хакнуть, но решил не спешить с этим. Возможно, это не потребуется и здесь не будет ничего интересного. Осталось только выбрать, в какую дверь идти. Внешне они все выглядели одинаковыми. Доверившись интуиции, выбрал правую дверь. Коридор повёл меня дальше направо и вскоре вновь разделился на три. Здесь на полу лежали три убитых умника и двое мохнатых.
— Кто-то здесь знатно поохотился, — и посмотрел на убитых умников. Эти трое убегали от двух мохнатых, но здесь мохнатые их догнали, и они втроем не смогли разобраться с двумя мохнатыми. Судя по всему, второй мохнатый умер позже от полученных ранений, но перед этим он прикончил всех троих. Одного из них я встречал раньше — он со мной ездил в колонию. Двух других никогда раньше не видел.
Оставив их, решил заглянуть за ближайшую дверь. За ней короткий коридор заканчивался ещё одной массивной дверью. По моему запросу, искин её стал открывать, дверь медленно отодвинулась и остановилась, собирался плечом немного расширить проход, когда услышал:
— А ну не подходи! — донеслось из-за двери.
Этот голос сразу остановил меня. Ведь я считал, что здесь кроме мохнатых никого не осталось, но фраза была произнесена на интере и явно адресовалась не мохнатым. Тогда я осторожно заглянул в образовавшуюся щель. Открывшаяся картина меня не порадовала. Элана с игольником в руках стояла у двери, а её окружило четверо умников. Один из них был старшим научным сотрудником Валой. У этих четверых не было оружия как такового, но они держали в руках непонятного вида изогнутые трубы, сильно напоминавшие детали выхлопной системы автомобиля. Наверное, правильно было бы оставить их здесь и уйти, но мне нужна помощь. Этот Валой у них вроде завхоза и наверняка знает, где и что здесь лежит.
Мгновенно оказался за спиной у Эланы и легким движением вырубил её, после чего подхватил, чтобы она не рухнула на пол, и забрал из руки игольник. Уложив её на пол, посмотрел на остальных четверых. Они словно изваяния замерли на месте, а на их лицах отразилось непонимание, смешанное со страхом.
