Автор
В мире из стальных зеркал и мрака тенью покрыт, звериные войсы гремят в воздухе. Сказку рассказывают ветки на солнечных облаках, и ты обещаешь быть рядом, лишь усни со мной. Твоё сердце ждет, словно зов тайны и любви; я – твой герой, готовый проклясться за тебя.
– Дневник неси! – огненный язычок от зажигалки коснулся сигареты. Между разомкнутых губ мужчины заклубился едкий дым. – Будем показывать тете Ксюше, как ты у меня учишься.
Спорить было бесполезно. Сашка молча встала и вышла в прихожую. Достала из рюкзака дневник и принесла отцу. Села за стол, хлебнула чай и закашлялась.
– Пап, можно я пойду к себе? – спросила, впрочем, не надеясь на разрешение. И не ошиблась. Шевцов старший любил компанию.
– Сидеть, я сказал! Здесь ешь! Нечего по дому сор разносить! – Сегодня у него было отличное настроение.
– Дима, не ругай ребенка, – гостья встала и прошла в Сашкиных, не по размеру маленьких тапочках к окну. Поправила кокетливо волосы. – Я сейчас форточку открою! И правда, накурили мы с тобой.
Но с открытой форточкой стало только хуже. Сашка отвернулась и поджала ноги, спрятала нос в чашке с горячим чаем.
В дневнике, как всегда, все оказалось чисто и аккуратно. Девочка очень старалась не расстраивать отца, и женщина завистливо хохотнула, нависнув у Сашки над плечом:
– Надо же! Дим, да она у тебя настоящая умница! – удивилась.
Теперь хохотнул отец. Протянув руку, потрепал ласково дочь по макушке.
– Она знает, что будет. Правда, Сашка? – вплел пальцы в густые волосы, сжимая их в кулак. – Шкуру спущу, – процедил сквозь зубы, – и это самое малое. У меня своя методика воспитания, и лучше тебе, Ксюха, о ней не знать. Ну, чего смотришь на папку волчонком, а? – мужчина стиснул щеки дочери крепкой рукой.
Глаза женщины восторженно распахнулись.
– Димка, какой же ты крутой мужик!
– Да уж не пальцем натыканный, как некоторые! – «крутой мужик» важно протянул руку к бутылке и разлил водку по рюмкам. Поставил полную чарку перед новой подругой. – Давай, Ксюш, лучше накатим еще по одной за знакомство! За состыковку двух индивидуумов, так сказать!
Сашка захрустела соленым огурцом, поглядывая, как взрослые закусывают, жмурясь от крепости спиртного.
– Санька, хватит жевать! – прорычал.
