Автор
Аннотация: В романе описывается конкурс красоты, где участницы должны быть невероятно красивыми и обладать уникальными качествами. Однако главная героиня, как обычный баронский сын, оказывается в этом контексте чудовищем, у которой есть несоответствующий диплом, нюансы своих колдовских способностей и поврежденная репутация из-за незаконного призыва питомца....
Почему так пафосно? Потому что этот высоченный мужчина был укрыт слоем маскировочных заклятий (об этом сказал браслет на моей левой руке) и, будто этого мало, его лицо пряталось в тени глубоко капюшона. И тень эта была самая что ни на есть магическая!
— Студенты нынче играют в интересные игры, — мягко произнес он.
— О, нет-нет, миледи проректор просто уничтожила одну мою туфлю, — я поболтала в воздухе босой ступней. — Вот и прыгаю.
— Уничтожила? — заторможенно переспросил мужчина.
— Ну да, — я легко пожала плечами.
— Нет, — он вытащил из кармана тонкий батистовый платок и порвал его надвое.
А через секунду эти обрывки превратились в прекрасные туфли!
— Это мне? — ахнула я и тут же переобулась, — спасибо! Я побегу быстро-быстро!
— Зачем? — удивился мужчина.
— Чтобы не развеялись до общежития. Трансформация энергозатратна, вряд ли они продержатся долго, — легко отозвалась я.
И, приподнявшись на цыпочки, звонко чмокнула незнакомца в гладкую, вкусно пахнущую щеку.
— Спасибо-спасибо, — выпалила я.
Оставив мужчину за спиной, мы с Гамильтоном со всех ног и лап бросились к общежитию. Во-первых, надо удивить нашу банду, а во-вторых, трансформа может развеяться в любую секунду!
И только грозное:
— Стоять!
Заставило нас сбросить скорость и развернуться лицом к опасности.
А опасность была не шуточная — сама миледи проректор!
— За эти краткие мгновения мы ничего не успели сделать, — недоуменно произнес Гамильтон.
Я же в это время пыталась так скосить глаза, чтобы увидеть, что у миледи под форменным платьем. Нет-нет, никакого разврата! Просто она не шла, не бежала, а как будто парила над парковой дорожкой!
«Или слухи правдивы и она змеищща не только по характеру», пронеслось в голове.
Сама миледи в это время молча смотрела на нас, а после, загоревшись лихорадочным румянцем, смущенно сказала:
— Мы забыли кое-что уточнить у вас, леди Фоули-Штоттен.
Последние четыре года вся Академия этим называла мой сильный, но слегка безумный дар.
— Вы ведь и сами понимаете, правда? — так же смущенно ответила я.
Мне правда было стыдно — над загадкой моей силы бились всем профессорским составом. Да что там! Даже горного колдуна приглашали. Но, увы, все, что помогает держать силу в узде — мой железный контроль.
— Как?! — ахнула миледи.
