Автор
Пролог: Анна — девушка с легендарной способностью задерживать время. Ее отсутствие всегда было непредсказуемым и загадочным. В один прекрасный день она внезапно исчезает, и это становится предметом обсуждения среди одноклассников и их родителей. Никто не предвидел, что умение Анны будет повлиять на всю ее жизнь и мир вокруг нее....
Наши плечи соприкасаются, вот и весь контакт между нашими телами. Мои руки безопасно сложены на животе, как и его. Мы не трахаемся. Я не пытаюсь забраться на него, словно он дерево, или лизать его тело, как чупа-чупс. Хотя, на самом деле, хочу это сделать. Часть меня хочет этого постоянно.
Я все еще не могу поверить, что Бэйлор в моей комнате. Его присутствие заполняет каждый дюйм. Он такой харизматичный, что мне не хватает кислорода, и когда делаю вдох, то кровь вскипает, а голова идет кругом.
Когда он наконец-то задает мне вопрос, то от его насыщенного низкого голоса по коже бегут мурашки.
- Ты что поклонница Сьюзи?
Мне даже не нужно смотреть на Дрю, чтобы знать, что он кивает подбородком в сторону висящего над моей кроватью постера в рамке с фото Сью Сьюзи, солистки «Сьюзи и Банши». Из-за своих огромных прямых черных бровей, дикой стрижки черных волос в стиле боб и крошечных красных губ, она выглядит, словно невменяемая Бетти Буп, готичная девочка-подросток. Она кричит о неподвластной времени красоте и одновременно с тем ""посылает всех на хуй"".
- Она не старая, - протестую я. Хотя предполагаю, сейчас она уже старушка. Вероятно, ей около пятидесяти. Мне правда не хочется об этом знать. С моей колокольни она бессмертна.
- Ты мне не ответила, - не унимается он. По мягкому шуршанию я знаю, что он повернул ко мне голову. Но я не отвожу взгляд от Сьюзи. Что все равно не прекращает нападки Бэйлора. - Кажется, ты души в ней не чаешь.
Мы слушаем ее прямо сейчас, ее прекрасный голос поет песню Дорогая Пруденс.
Я пожимаю плечами, и моя рука трется о его руку.
- Только посмотри на нее. Ее ничего не волновало. Она была вокалисткой в мужской группе и была частью музыкальной революции, - я снова пожимаю плечами. - И она, блин, крутая.
Дрю смеется. Это позитивный смех. Глубокий и заразительный. От одного его звука я улыбаюсь.
Смех Бэйлора стихает, и на мгновение нас окутывает молчание, мы просто слушаем музыку и лежим. Его ноги такие длинные, что согнутые колени находятся выше моих по крайней мере на пять дюймов.
- Так тебе нравится старая музыка, а? - спрашивает Бэйлор.
Я поворачиваю голову на столько, чтобы увидеть его руку. Его бицепс настолько большой, что я гадаю, удалось ли бы мне обхватить его двумя руками.
