– А? – разинула подруга пасть – по-другому я и сказать не могла.
– Отсыпаться, – пояснил музыкант. – Сказал, завтра свадьба, он не может выглядеть как чмо.
Мне оставалось только смеяться.
Видимо, как чмо будет выглядеть кто-то другой.
– Понятно, – только и сказала подруга. – Тогда вместо него буду веселиться я. Рэну эта перспектива, кажется, не особо понравилась.
– Я тебе пить не дам, – заявил он, явно понимая, что потом может огрести от друга. – И не тусуйся с парнями, мне не нужно, чтобы потом Келлыч нам дом разнес.
– А что, он ревнует? – милым голосочком спросила Ниночка.
– Да он на тебе повернут, – усмехнулся Рэн, выдавая друга с потрохами.
– А где Антон? – спросила я. – Тоже уехал?
– Кей спит наверху, – тотчас обрадовал меня Рэн. Он объяснил мне, в какой Тропинин находится комнате, и я, взяв с Киры обещание, что она будет следить за Нелли, поспешила на второй этаж к Антону. Хотелось сделать ему сюрприз – залезть в кровать к спящему и обнять, разбудить поцелуем.
На втором этаже было куда тише, чем на первом. И народа почти не было. Я встретила лишь какую-то страстную парочку, которая завалилась в одну из комнат, а на самой лестнице столкнулась с темноволосой девушкой, в спешке покидающей дом. Лицо у нее было расстроенным.
На лестнице были крупные осколки – видимо, упала ваза. Сделав пометку потом убрать осколки, если их не уберет кто-нибудь другой, я пошла дальше.
А около двери, ведущей в комнату, в которой находился Антон, меня ждал неприятный сюрприз в лице Алины Лесковой, которая сидела прямо на полу, привалившись к стене. Рядом с ней стояли туфли на высоком каблуке. Сама она была в одном лишь платье – непозволительно коротком, с открытой спиной, которую закрывали распущенные черные волосы. Мнезахотелось выдернуть их все разом.
Вместе с кожей. И что эта тварь здесь делает?
Она подняла лицо, обрамленное черными блестящими волосами, и усмехнулась.
– Мышка, а вот и ты. Как дела?
– Что ты здесь делаешь? – потрясенно спросила я.
– Сижу, – пожала плечами Лескова.
– Где Антон? – мой голос был резок, а в груди зародилось нехорошее чувство. А что, если…
Даже думать об этом не хотелось, и я, как могла, отгоняла эту мысль прочь от себя.
Антон бы не поступил со мной так. Нет. Нет.
– Спит, – сказала Лескова и потянулась как ни в чем не бывало. Движения ее были грациозны. – У нас были жаркие несколько часов.
– Что? – прошептала я, не веря ее лживым словам.
– Честно сказать, Дракон меня утомил – кажется, у него давно не было женщины. Было горячо. Ты ведь знаешь, Катенька, первые чувства мужчин – они ведь навсегда. Потом, конечно, Дракон одумался – или сделал вид. И выставил меня прочь, велел забыть. Но, черт возьми, я так по нему скучала. Тебе нравится, как он целуется? Я пьянею от его губ.