– Можешь радоваться. Хотя бы она считает тебя лучшим. Ну, в отличие остальных, – явно имел он в виду Алину, стоявшую рядом. Она не делала попыток остановить ссору близнецов, но и не вмешивалась.
– Кого – остальных? – взбеленился Кирилл.
– Моей девушки, например, – положил Антон руку Алине на плечо, поверх черных блестящих волос. Она засмеялась громко. А Кирилл, не выдержав, попытался двинуть брату по лицу – неумело, но с искренней яростью.
Тот явно был сильнее и повалил Кирилла прямо на присыпанную снегом-пудрой траву.
И Кезон, решив, что лучшего шанса пообщаться с братьями у него не будет, бросился их разнимать. У него это даже почти получилось. Кирилл психанул и уехал, прижимая тыльную сторону ладони к разбитой губе. А Антон вновь впал в немилость – Алина, накричав на него, ушла, гордо подняв голову.
– Какая у тебя эмоциональная девушка, – покачал головой Кезон. Пока он разнимал братьев, ему тоже досталось.
– У нее бывает, – отозвался Антон. – Пройдет.
Кирилл всегда умел ладить с людьми, поэтому завязать разговор с Антоном Тропининым ему ничего не стоило. Они даже пошли вместе в какой-то бар неподалеку.
Общаться с Антоном оказалось очень странно – вроде бы чужой человек, один из тысячи знакомых, а ощущения при разговоре были такими, будто бы они сто лет знакомы и встретились после долгой разлуки. Может быть, это были лишь иллюзии одиночества, но тогда Кирилл решил отчего-то, что Антон похож на него. Не внешностью – вкусами и взглядами на жизнь. Почему он так решил, Кирилл и сам не знал.
Умело напоив младшего брата, он узнал от него кое-какую информацию: о том, что тот живет с отцом, потому что с матерью отношения натянуты, и мечтает стать музыкантом – с плаваньем не получилось, а быть никем Антон не желает.
Кирилл тоже не хотел быть никем.
Почему они должны быть никем, если могут многое?!
В полночь брата пришлось тащить домой – слишком много он подлил ему спиртного, зато так Кезон встретился с отцом, который к тому времени был уже дома.
Кир, прикинувшись приятелем Антона, взял его телефон, набрал отца и позвонил.
Первый разговор с тем, чья кровь бежала в его жилах, вышел до обидного будничным.
– Здравствуйте, я друг Антона, – сказал Кирилл, глядя на зеленую траву в снегу – ее хорошо было видно под ярким фонарем. – Он тут напился. Куда его девать?
– Оставить там, где пил, – усмехнулся Олег Иванович.
– Не могу, – отозвался парень, глядя на нарядные дома жилого комплекса, окна которых сияли пустотой – почти все жители уже спали. – Мы около вашего дома. Но нас не пускают на территорию.
– Пару минут, – тотчас сказал Тропинин-старший. – Сейчас спущусь.
Он действительно спустился, и они вместе дотащили Антона до квартиры. Тот смешно брыкался и иногда нес какую-то зарифмованную ахинею.