Автор
Осень выстроила свои хрустальные албына в окне, но не могла проникнуть внутрь темной комнаты. Лишь несколько бликующих лучей пробивались сквозь жалюзи, играя на стене и серебрясь водой в графине. В этом уютном кружке света лежала девушка с загорелыми ногами, красоту которой можно было описать как гибкость, женственность и чарующая грация....
Похоже, «На крыльях» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Потому что просто так отпускать своего лже-Дракона Алина не хотела. А чувства Кирилла были слишком сильны.
* * *Из ресторана я выходила на слабых ногах – после того, как этот чудовищный разговор был завершен, после того, как я высказала все, что думаю, этой ужасной женщине, которая волею судьбы была матерью моего Антона, после того, как она ушла, я позволила себе побыть слабой.
Я сидела, чувствуя, как дрожат расслабившиеся мышцы, как звенит в голове тревожный колокольчик, как подкатывают к глазам слезы.
Неужели это закончилось? И я смогла? Смогла отстоять свою любовь?
А сколько раз мне еще предстоит это делать?
Я закрыла лицо ладонями и заплакала беззвучно – не от того, что мне было так плохо – где-то за слоем тревоги моя душа ликовала, а от того, что эмоции во мне требовали выхода, и они покидали меня вместе со слезами: и гнев, и обида, и страх.
Девушка-официант, увидев, что я плачу, принесла мне фарфоровый симпатичный чайник с ягодно-травяным напитком.
– Успокаивающий.
– Спасибо, но я заплачу, – твердо сказала я.
– Вы молодец, – только и сказала официант. – Ловко вы ее.
Чай оказался душистым, корзиночка – вкусной, и мои слезы вскоре высохли. Я сидела, не веря, что выдержала это, написала сообщения Нинке, ответила на сообщение Кирилла, который вновь написал мне, думала об Антоне – сейчас он еще спал после ночи, проведенной в репетиционной.
Из кафе я вышла в умиротворенном состоянии, решив, что позвоню Антону и все ему расскажу. Он должен знать обо всем, хоть речь пойдет о его маме. Это будет справедливо. Надо только дождаться, когда мой мальчик проснется.
Едва я подумала об этом, как мой телефон отчаянно затрезвонил – звонила Нинка. Оказалось, она звонила много раз – и вчера, и сегодня. Но вчера вечером я не слышала звонков, лежа в кровати без сил, а сегодня все мое внимание забрала Адольская.
– Радова! – прорычала Ниночка. – Где тебя черти носят?!
Когда я осталась в Москве с Антоном, мы почти не общались – изредка перебрасывались сообщениями. И я даже успела соскучиться по этой сумасбродке.
– До тебя, как до президента, не дозвониться, – выговаривала мне Журавль, очень злая и возбужденная одновременно.
– Вообще-то я тебе вчера писала! Что случилось? – насторожилась я. Голос у подруги был странный.
