Автор
На лобовом стекле внедорожника мерцают цифры полдня, когда я возвращаюсь домой после работы папы. Маршрут по пробкам устраивает меня меньше всего – предчувствие не обманывает: день обещает быть коту под хвост. Бегут последние минуты перед встречей с отцом и его требованием к опозданию, когда он ждет моего предложения для реструктуризации бизнеса....
В приглушенном свете ресторана я различаю щедро накрытый стол и горстку самых близких друзей. Сегодня я хотел не только отпраздновать свой день рождения, но и познакомить всех с Владой. А вместо этого иду в одиночестве, надеясь, что жена скоро появится.
Мой друг Володя, тот самый, на мальчишнике которого я гулял всего несколько недель назад, поднимается первым. Выразительно смотрит на мою руку, на которой блестит обручально кольцо и с улыбкой произносит:
- А ты не так прост, Андреев. И хоть бы словом обмолвился!
- Не хотел отвлекать тебя от мальчишника, - говорю я, думая, что никому не стоит знать, что в тот день я даже не знал девушку, которая так стремительно вошла в мою жизнь и стала женой.
- С днём рождения, Макс! - Володя крепко обнимает меня.
Со своих мест, чтобы поздравить меня, встают Миша Рогов и Макар Галицын с девушкой Лизой. Когда я, наконец, выслушиваю их поздравления, знакомый приторно-сладкий запах духов заставляет меня поморщится и обернуться.
Что Лика здесь забыла я не представляю.
- Макс, дорогой, прекрасно выглядишь, - щебечет она, откидывая за спину копну волос. - С днем рождения!
- Спасибо, - говорю сухо, делая вид, что не замечаю обращенного ко мне призывного взгляда.
Ей здесь не место. У нас есть определенное прошлое, которое там и должно остаться. Но и выгнать я ее не могу. Абсурдная ситуация. Где Алекс, когда он так нужен?"
"Я оглядываюсь по сторонам, в поисках хозяина вечеринки, а в это время Лика вдруг прижимается ко мне всем телом, обвивая вокруг меня свои руки.
Я кладу руки ей на талию, чтобы отодвинуть от себя и закончить этот фарс, но ее слова меня останавливают:
- У Фролова вывих челюсти. Он рвет и мечет. И собирается написать на тебя заявление в полицию.
Мне становится смешно.
- Он просил передать тебе, что откажется от этого, если ты оставишь в покое Воронину, - продолжает она.
- Начнем с того, что она не Воронина, а Андреева, - говорю надменно, недоумевая, как этот тип при всей своей жалкой натуре умудряется поддерживать имидж мачо. - Он может писать заявы сколько и куда ему угодно, это не изменит того факта, что моей жены ему не видать как своих ушей. А если он попробует еще хоть раз сунуться к нам - вывихом он не отделается. Раз уж ты добровольно взяла на себя роль почтового голубя, так ему и передай.
