Владимир Разлогов – успешный и самоуверенный человек, живущий беззаботной жизнью. Но тень прошлого настигает его: кто-то из его окружения знает о его преступлении и готов потребовать расплату. Когда происходит убийство, главный герой оказывается в центре расследования, где каждый может быть...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «На одном дыхании!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Владимир Разлогов – успешный и самоуверенный человек, живущий беззаботной жизнью. Но тень прошлого настигает его: кто-то из его окружения знает о его преступлении и готов потребовать расплату. Когда происходит убийство, главный герой оказывается в центре расследования, где каждый может быть...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Владимир Разлогов – успешный и самоуверенный человек, живущий беззаботной жизнью. Но тень прошлого настигает его: кто-то из его окружения знает о его преступлении и готов потребовать расплату. Когда происходит убийство, главный герой оказывается в центре расследования, где каждый может быть...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он согласился, конечно, и всю ночь промучился бессонницей, как втрескавшийся чувак перед первым свиданием!
В кофейню он приперся за полчаса до назначенного срока, невыспавшийся, с зелеными кругами под глазами, злой, как пес. Да еще он голову помыл, чтоб волосы не висели сосульками, а сушить поленился, и всю дорогу мерз, ему казалось, что влажные волосы заледенели, и теперь башка у него выглядит, как у египетского фараона, который смазывал волосы кровью жертвенных животных, Дэн где-то про это читал.
Субботним утром в Москве было пусто и гулко, как в ресторане, из которого все разошлись, и вновь веселье начнется еще не скоро, под вечер! Редкие прохожие брели, подняв воротники, одинокие машины, не разобранные со вчерашнего дня, были кое-как приткнуты к припорошенному сухим снежком тротуару, и Дэн вдруг подумал, что у машин усталые и недовольные морды."
"Ледяной ветер лез за воротник, и руки сильно мерзли, а перчатки он позабыл. Размышляя о том, что сейчас, до Глафиры, он съест омлет и выпьет самую большую кружку кофе со сливками и шоколадной крошкой, а потом, когда она появится, станет шикарно покуривать и прихлебывать «двойной эспрессо без сахара», он размотал с шеи шарф, с удовольствием принюхиваясь к запахам кофе и вкусной еды, и тут увидел ее. Она сидела совсем близко, смотрела в окно, и перед ней стояла огромная кружка – с белоснежной шапкой взбитых сливок, припорошенной шоколадной крошкой.
Дэн помедлил, пристроил на плечо сумку и подошел.
– Здрассти.
Глафира посмотрела на него, и он вдруг быстро и глубоко вздохнул.
– Привет. Спасибо, что пришли. Сегодня суббота, а я совершенно про это забыла! Заставила вас ехать, да еще так рано.
Дэн пожал плечами и плюхнулся напротив.
– Мой муж Разлогов, – продолжала Глафира, – всегда говорил, что в выходной день в приличный семейный дом можно звонить не раньше часа дня! До часу все спят, и звонить нельзя.
Дэн, который обычно спал не до часу, а пока мать не разбудит – хоть до трех! – сказал, что у него очень много работы и по субботам он встает ни свет ни заря. Чтоб работать.
Кажется, она не поверила ни одному его слову.
– Давайте завтракать, – предложила она, – а потом уже разговаривать. А то так, на пустой желудок, беседовать неинтересно.
Дэн сказал, что он вполне может разговаривать, а завтракать как раз вовсе не обязательно. Вот какую гордость демонстрировал Глафире Разлоговой Дэн Столетов! Вот какие гастроли давал!..
Пока она заказывала свой омлет, Дэн быстро ее рассмотрел. Она тоже выглядела утомленной, как будто не спала – может, вправду не спала?.. Под глазами тени, щеки бледные, и словно мерзнет – огромный вязаный шарф, в котором она вчера была, лежал у нее на коленях, и она время от времени подсовывала под него руки, грела, наверное.
