Время выжимается из каждой минуты в романтической комедии "На одном дыхании". Все события следуют строгому графику, будь то школьный учебник или институтские обязанности. Но даже при такой организованности — любовь и ссоры не уходят прочь. Описанные в книге моменты пронизаны смехом и печалью, вызывая сложные чувства к героям....
Утро понедельника наступило, и пошел снег густой-густой, словно пенное море колыхалось над капотом разлоговского джипа. «Дворники» мотались у Глафиры перед носом, но все равно было почти ничего не видно.
Все воскресенье Глафира боялась, что это утро наступит, боялась и… ждала его. Она чувствовала, что именно в это утро изменится вся ее жизнь.
– Как ты считаешь, сюда?..
Дэн Столетов, который выражал самое горячее желание поехать с ней, теперь притих и сгорбился, предстоящее дело его как будто пугало.
– Я не знаю.
– Наверное, сюда, а куда еще?..
– Может, спросим?
Глафира выкрутила руль и стала осторожно спускаться по длинной и узкой улочке вниз.
– Я не хочу спрашивать, Дэн. Представляешь, какой мы сейчас с тобой тут переполох наделаем! Городок маленький, а мы еще на такой машине приперлись! Как это я не догадалась…
– Чего?
– Взять чего-нибудь поменьше.
– А что у тебя есть поменьше?
Глафира глянула в его сторону и вдруг улыбнулась.
– Разлоговский представительский «Мерседес». К нему прилагается водитель.
Дэн фыркнул:
– Вот был бы номер.
– Я боюсь, – призналась Глафира. – Ужасно."
"– Смотри, вот, наверное! Чего там написано, на вывеске?
– Я не вижу, Дэн.
Перегнувшись, они смотрели через стекло и синхронно шевелили губами. Снег все валил.
– Ну все правильно. Муниципальный детский дом, город Углич. Приехали.
Глафира приткнула джип к тротуару и принялась старательно застегивать куртку. Застегнув куртку, она намотала на шею свой знаменитый шарф, посмотрелась в зеркало, достала сумку и стала в ней рыться.
Дэн Столетов стоял на улице и смотрел на нее. Потом обошел машину, распахнул водительскую дверь. Глафира чуть не вывалилась.
– Вылезай, – сказал он и за рукав потянул ее из машины. – Тебе осталось совсем чуть-чуть. Не трусь.
– Я боюсь, Дэн.
– Я знаю.
– А что мы будем делать, если нас выгонят?
– Нас не выгонят. Ты звонила и разговаривала с директрисой! При мне. У нее какое-то странное имя.
– Наталина, – сказала Глафира, и зубы у нее стукнули. – Ничего не странное, просто польское имя.
– Значит, нас не выгонят, – резонно заключил Дэн. – Вылезай, а?..
Она кое-как выбралась из джипа, поскользнулась, чуть не упала. Дэн ее поддержал.
Снег все валил.
«Разлогов, – подумала Глафира, – что ты со мной сделал? Я больше не могу. Я больше не хочу. Я хочу в свою прежнюю жизнь, которая казалась мне ужасной, с собакой Димкой, пледом и сочинениями А.Н. Островского!..
Или все-таки не хочу?..
