Автор
Она мечтала о сцене, он — о небе. Судьбы двух людей, разделённых расстоянием и мечтами, неожиданно пересекаются. Любовь встанет против долга, а надежды разобьются о суровую реальность войны и невозможного выбора.
Именно поэтому единственное, что пришло ей в голову после того, как наспех собрали два небольших чемодана и узел с одеждой и игрушками Люши, а Лея ушла к матери узнать, удалось ли той найти транспорт, это разузнать хоть что-то о Соболевых. Сначала Лена направилась к их квартире в центре, где сутулый дворник сообщил, что семья так и не возвращалась с дачи, а сам Соболев по-прежнему на заводе вот уже которые сутки. Только приезжал водитель проверить, не вернулись ли с дачи хозяева. Так же, как и Лена, потерпел неудачу в поисках Соболевых.
— Ежели что, то я скарб храниць не нанималси, — зачем-то сообщил он зло растерянной Лене. — А то уезжаюць, и думаюць, коли что — то я впригляд. Неа, у меня тут квартир поболе чем пальцев на руке. Мне впригляд за всеми никак.
Где искать сейчас Соболевых? Позвонить ли в контору дяде Паше? Да только мало ему сейчас дел, наверное, как на звонки не по делу отвечать…
Лена не знала, что ей делать дальше. Ехать в Дрозды при всей неопределенности, которая терзала ее сейчас, было решительно невозможно. Что, если она поедет в поселок, и что-то случится? Нет, определенно нет!
Хотя со стороны казалось, что и нет никакой войны. Минск жил своей жизнью, как видела Лена через стекло трамвая. Работали киоски и магазины, спешили по своим делам прохожие, деловито развешивали белье на веревках домохозяйки. Выбежала из арки одного двора шустрая детвора за колесом и тут же скрылась под треньканье трамвая за кованой оградой другого двора. Ничего обычного, за исключением группы граждан на ступенях военкомата, который мелькнул во время пути домой за окном. Да заголовков свежих газет о вероломном нападении Германии. И разговоров, которыми был полон трамвай. Люди заходили и выходили, но тема для разговоров была одна на протяжении всего хода вагона.
— А вы слышали, говорят, что ночью через город прошли части Красной армии! — заявил стоявший подле Лены лысый мужчина во френче и с кожаным портфелем в руке. — Говорят, что город оставили. А эвакуация ночью была. Обком и райкомы уехали, администрации заводов и фабрик… вся верхушка, да-да! Даже главврач…
— Что вы такое болтаете?! — оборвал его от передней площадки мужской голос. — Какой главврач? Какая эвакуация? Не сейте панику, товарищ! А не то — ей-ей! — ссажу вас и как шпиона в милицию сдам!
— Чего это как шпиона? — возмутился лысый. — Да разве ж я неправду?.. Вон кто скажет, что это вранье, что ночью аэродром разбомбили, а?! Мой кум недалече от аэродрома живет.
