Автор
Прекрасная Катрин, дочь золотых дел мастера, покоряет сердца знатных вельмож и простых людей. Но её судьба разрывается между мужем, герцогом-любовником и рыцарем, которого она по-настоящему любит. На перекрёстке страстей и интриг героиня должна выбрать свой путь в бурную эпоху средневековья.
Недобрый огонь вспыхнул в глазах цыгана, он дернул плечом.
– Я ничего не забываю. Ты высокородная дама, я знаю. Но ты хотела жить среди нас, поэтому, хочешь не хочешь, тебе придется подчиниться нашим обычаям. Когда несколько мужчин требуют себе свободную женщину, она должна выбрать одного из них или согласиться на бой между ними, и победитель схватки будет ее мужем. Все мои люди полны мужества, а ты красивая, поэтому сражение будет жестоким.
Кровь прилила к лицу Катрин. Этот молодой наглец, развалившийся перед ней наполовину раздетым, распоряжается ею с возмутительным цинизмом.
– Вы не можете заставить меня делать этот выбор. Мессир Эрмит…
– Твой компаньон? Он не осмелится вмешиваться. Если хочешь остаться у нас, ты должна жить как настоящая цыганка или, по крайней мере, делать вид. Никто из моих не поймет, как это моя женщина нарушает закон.
– Но я не хочу, – застонала Катрин, голос ее дрожал, и она готова была зарыдать. – Разве нельзя обойтись без этого? Я вам дам золота… столько, сколько хотите. Я не хочу принадлежать этим людям, я не хочу, чтобы они дрались из-за меня, я не хочу!
Она сложила руки с мольбой, из ее больших глаз заструились слезы. Свирепое лицо цыгана смягчилось.
– Иди сюда, – нежно сказал он. Она не двигалась и смотрела на него, ничего не понимая. Тогда он повторил требование:
– Иди сюда!
И так как она даже не шелохнулась, Феро приподнялся и протянул ей руку. Ухватив Катрин за локоть, он дернул, и женщина упала перед ним на колени. От боли она вскрикнула, а он засмеялся:
– Ты не похожа на человека, который ничего не боится. Я тебе не причиню зла. Послушай только, милая, благородная дама… я тоже из благородных. Я – герцог Египта, и в моих жилах течет кровь хозяина мира, завоевателя, кому прислуживали даже короли.
Его рука скользила вверх по голой руке Катрин. Она видела теперь его совсем вблизи и поразилась нежности этой смуглой кожи, блеску искрящихся глаз, зачарованно смотревших на нее. Рука была теплая, и от ее прикосновения теплела кровь. Глаза Катрин застлало туманом, дрожь пробежала по телу. Ей захотелось, чтобы рука, ласкавшая плечо, была еще смелее…
Убоявшись прихлынувшей любовной страсти, примитивной, но требовательной, Катрин попыталась освободиться от руки, державшей ее, но напрасно.
– Что вы хотите? – спрашивала она с замиранием.
Снова его рука скользила по плечу, сжимая его и привлекая Катрин к себе. Горячее дыхание цыганского герцога обжигало губы женщины.
