Автор
В замке Монсальви, женщина, вспоминая славные дни своего прошлого, окутана таинственным мерцанием свечей. На бархатной скатерти лежат ее старые золотые украшения, напоминающие о величии и роковых выборах, когда она была королевой Брюгге и Дижона.
Он уже взял ее под руку и потащил к черной яме – входу на лестницу, с которой Кабрияк сбросил крышку, присыпанную сгнившей соломой. Но Катрин воспротивилась, повернулась к Кеннеди и протянула ему руку.
– Большое спасибо за все, мессир Хью. Спасибо за вашу дружбу и поддержку. Я никогда не забуду дни, прожитые здесь. Благодаря вам мне удалось пережить тяжелое время. Надеюсь скоро увидеть вас у королевы Иоланды.
Она увидела при неровном свете лампы, как засияло широкое улыбающееся лицо шотландца.
– Если это будет зависеть только от меня, госпожа Катрин, мы скоро встретимся.
Оборвав себя на полуслове, он обнял ее за плечи, прижал к себе и крепко поцеловал, но быстро выпустил из объятий, прежде чем она, задохнувшись от такого поцелуя, не начала сопротивляться, и разразился радостным детским смехом, что превратило все в хорошую шутку и позволило закончить начатую фразу:
– …но, по крайней мере, умру без сожалений! Простите меня, Катрин, такое больше не повторится… но мне так хотелось поцеловать вас!
Это было сказано с такой обескураживающей откровенностью, что Катрин смущенно улыбнулась.
– Пойдемте, госпожа Катрин, – сказал он строго.
Он поднял лампу и начал спускаться по крутой лестнице, Катрин вслед за ним, потом Сара и брат Этьен.
– Война скоро возобновится, и вы будете нужны главнокомандующему.
– Не беспокойтесь, я не заставлю себя ждать!
Потом Катрин уже ничего не слышала. Высокие неровные ступени, сделанные из едва отесанных грубых камней, спускались почти отвесно меж двух стен каменной скалы, и она старалась шагать как можно осторожнее, чтобы не упасть. Спуск был опасен: вода, сочившаяся по ступенькам, замерзла, было очень скользко.
На глаз Катрин прикинула высоту огромной стены.
