Автор
В замке Монсальви, женщина, вспоминая славные дни своего прошлого, окутана таинственным мерцанием свечей. На бархатной скатерти лежат ее старые золотые украшения, напоминающие о величии и роковых выборах, когда она была королевой Брюгге и Дижона.
Все жители предпочитали сидеть дома в тепле. Катрин и Сара поступали так же. Жизнь, отмеряемая монастырским колоколом, стала безнадежно монотонной, и в ней постепенно начала растворяться боль Катрин.
Дни сменяли друг друга, похожие как две капли воды. Они проводили их в углу около очага, наблюдая, как играет Мишель, сидя на одеяле. Земля, покрытая девственным снегом, казалось, никогда не сменит своего наряда. «Будет ли весна когда-нибудь?» – спрашивала себя Катрин.
Уже так давно уехал Готье. С тех пор прошло три месяца, наступил Новый год, но никто не приносил новостей, как будто бы он растворился в этом белом безмолвии.
«Придет весна, – загадывала Катрин, – и если не будет известий, я тоже поеду.
– Если они вернутся, то не ранее весны, – ответила ей Сара однажды, когда она по неосторожности выразила свою мысль вслух. – Кто решится переходить зимой горы, засыпанные снегом? Зима сделала непроходимыми дороги, поставила преграды, которые неспособна преодолеть ни закаленная воля, ни самая упрямая любовь. Тебе надо ждать.
– Ждать, ждать! Всегда ждать! Я устала от этого ожидания. Оно никогда не кончится. Неужели мне на роду написано провести всю жизнь в ожиданиях?"
"На подобные вопросы Сара предпочитала не отвечать.
Однажды февральским вечером, когда молодая женщина пришла на свой наблюдательный пункт после долгого периода вынужденного затворничества из-за морозов, ей показалось, что она заметила темную точку на белой дороге, точку, которая увеличивалась на фоне темных елей. Она встала с бьющимся сердцем и неровным дыханием… Да, это был человек, поднимавшийся из долины… Она видела, как развевались полы его широкого манто.
