Автор
В замке Монсальви, женщина, вспоминая славные дни своего прошлого, окутана таинственным мерцанием свечей. На бархатной скатерти лежат ее старые золотые украшения, напоминающие о величии и роковых выборах, когда она была королевой Брюгге и Дижона.
Она положила камень к ногам статуи, затем упала на колени, избавившись от своего страха и совершенно изумленная новыми ощущениями.
– Верни мне его, – умоляла она с болью в голосе. – Верни мне его, Благочестивая Девственница… Даже если еще долго придется страдать и мучиться… Сделай так, чтобы в конце пути я нашла бы его! Позволь мне увидеться с ним хоть один раз, чтобы я могла сказать ему, что я люблю его, что никогда не переставала принадлежать только ему и никому другому… никогда никто не сможет занять его место.
Она опустила лицо в ладони, ставшие моментально мокрыми, и так продолжала молиться за своего ребенка, Сару, плача и подсознательно ожидая ответа на свою горячую мольбу.
И внезапно она услышала:
– Женщина, доверьтесь! Если ваша вера так велика, вас услышат.
Она подняла голову и увидела доброе лицо монаха в белой длинной сутане, стоявшего перед ней, наклонив седую голову. Мир исходил от этой белой фигуры, которую покорная Катрин встретила на коленях, сложив руки, как перед святым явлением.
Монах протянул бледную руку к камню, сверкавшему у золотого платья Девы, но не дотронулся до него.
– Откуда у вас это сказочное украшение?
– Оно принадлежит моему усопшему мужу, главному казначею Бургундии."
"– Вы вдова?
– Нет, но человек, за которого я вышла замуж, пораженный проказой, отправился на могилу святого Иакова просить об исцелении, и я тоже хочу пойти туда, чтобы найти его.
– Вы уже включены в группу паломников? Вам нужно согласие на исповедание, чтобы быть принятой шефами группы пеших паломников.
– Я знаю… Но я только что прибыла. Как вы думаете, отец мой, не опоздала ли я?
Добрая улыбка осенила лицо седого монаха.
– Вы очень желаете отправиться с ними?
– Больше всего на свете.
– Тогда пойдемте, я вам дам записку к настоятелю монастыря.
– А есть ли у вас возможность включить меня в группу так поздно?
– К Богу можно идти в любой час. Пойдемте со мной, дочь моя.
Обнадеженная Катрин с радостью в сердце последовала за белой фигурой прелата.
Покидая церковь, Катрин летела как на крыльях. У нее сложилось впечатление, что теперь все уладится, что ее надежды осуществятся и не будет ничего невозможного. Нужно только не терять мужества, а у нее мужества хватало.
У входа в «Отель Дье» Катрин встретила брата Осеба, поджидавшего ее, сидя на камне и перебирая четки.
