Автор
В комнате царит непривычное спокойствие после внезапного ухода родителей. Маленький мир вокруг тебя напоминает о безумной драконьей инсценировке, где ты сама становишься центром внимания — с двух сторон преследуемые игрушечными машинками.
— Не прекращай кушать, — тревожится он."
"— Кристиан, нам нужно поговорить об этом.
Он помолчал.
— О чем здесь говорить? Мы скоро станем родителями. — Он пожал плечами, пытаясь выглядеть беспечно, но я вижу его страх. Убрав поднос с едой, я сползаю с кровати и беру его за руки.
— Ты напуган, — шепчу я. — Я понимаю.
Он смотрит на меня невозмутимо, глаза широко открыты и все его ребячество улетучилось.
— Я тоже. Это нормально. — шепчу я.
— Какой из меня отец? — Его голос хриплый, едва слышно, что он говорит.
— О, Кристиан. — Я едва не рыдаю. — Ты постараешься быть самым лучшим. Как и все.
— Ана, я не знаю, смогу ли я…
— Конечно, ты сможешь. Ты любящий, ты веселый, ты сильный. Наш ребенок ни в чем не будет нуждаться.
Он холоден, уставившись на меня, сомнение, запечатлено на его красивом лице.
— Да, было бы идеально повременить с этим, чтобы подольше насладится нами двумя, но теперь нас будет трое, и мы будем расти вместе. Мы будем семьей. Наша общая семья. И твой ребенок будет любить тебя просто так, как и я.
— О, Ана, — шепчет Кристиан, его голос, мучительный и огорченный. — Я думал, что потерял тебя. Тогда я думал, что потерял тебя снова. Видя тебя, лежащей на земле; бледная и холодная, без сознания. Все мои худшие страхи, казалось, сбылись. А теперь ты здесь — смелая и сильная, даешь мне надежду. Ты любишь меня после всего, что я сделал.
— Да, я люблю тебя, Кристиан, несмотря ни на что. И всегда буду любить.
Мягко беря мою голову своими руками, он вытирает мои слезы большими пальцами. Он вглядывается в мои глаза, серые к синему, и все, что я вижу: его страх, удивление и любовь.
— Я тоже тебя люблю, — выдыхает он. И целует меня нежно-нежно, как человек, который обожает свою жену. — Я постараюсь быть хорошим отцом, — шепчет он в мои губы.
— Попробуй, и у тебя получится. И потом у тебя нет большого выбора в этом вопросе, потому что «Blip» и я не уйдем никуда.
— «Blip»?
— «Blip».
Он поднял брови.
— Я называл его «Junior» в своей голове.
— Он и есть «Junior».
— Но мне нравится «Blip» — Улыбнулся он смущенно и снова поцеловал меня.
Глава 24
— Я бы весь день тебя целовал, но твой завтрак стынет, — шепчет Кристиан напротив моих губ. Он смотрит на меня сверху вниз, теперь улыбаясь, но не глазами; они томные, чувственные. Он снова изменился. Мой мистер Капризный.
— Ешь, — приказывает он, и его голос мягкий.
