Автор
Кэтлин и Кристи трудятся над текстом, который должен стать квинтэссенцией всех проблем и решений в мире. Вдохновленные обширной поддержкой своих друзей — от Эми до Ниалла — они продолжают работу, уверенные, что каждый их шаг сделан не зря. Книга предстанет перед читателями как глубокий мозаичный трактат на тему любви, добра и справедливости в мире, где каждое действие имеет последствия....
Скажи им, что мне нужны их первые выводы вечером в понедельник либо утром во вторник.
Он нажимает на кнопку и крутится в кресле, но останавливает его, когда видит меня; на его лице бесстрастная маска.
– Привет, – шепчу я.
Он молчит, и у меня обрывается сердце. Я робко вхожу в кабинет, огибаю письменный стол и подхожу к нему. Он сидит и молчит, устремив на меня взгляд. Я стою перед ним и ощущаю в себе все пятьдесят оттенков глупости.
– Я вернулась. Ты злишься на меня?
Он вздыхает, берет меня за руку и тянет к себе, сажает на колени и обхватывает за талию.
– Да, злюсь.
– Прости. Не знаю, что на меня нашло.
Я удобно устраиваюсь на его коленях, вдыхаю божественный запах Кристиана и чувствую себя в безопасности, несмотря на его признание.
– Ладно, носи то, что тебе нравится, – бормочет он и проводит ладонью вверх по моей голой ноге до верха бедра. – К тому же у этого платья есть явное достоинство.
Он наклоняется ко мне, и, когда наши губы соприкасаются, страсть, или похоть, или подспудное желание вымолить прощение пронзают меня, вспыхивают в крови.
– Мне нравится твой способ извиняться, – мурлычет он, уткнувшись губами в мои волосы.
– А мне – твой. – Я хихикаю, прижавшись к его груди. – Ты уже закончил?
– Боже мой, Ана, ты хочешь еще?
– Нет-нет! Работай."
"– Я освобожусь примерно через полчаса. Я слышал твое сообщение по голосовой почте.
– Вчерашнее.
– У тебя был встревоженный голос.
Я крепко обнимаю его.
– Еще бы. Ты не отвечал мне, а это на тебя не похоже.
Он целует меня в макушку.
– Твой торт будет готов через полчаса. – Я улыбаюсь ему и соскакиваю с его коленей.
– Жду с нетерпением. Пахнет восхитительно, даже вызвало в памяти какие-то воспоминания.
Я застенчиво улыбаюсь ему и чувствую смущение, а он, как в зеркале, повторяет мое выражение лица. Господи, разве мы с ним разные? Возможно, это воспоминания из его раннего детства. Нагнувшись, я нежно целую его в уголок рта и возвращаюсь на кухню.
У меня уже все готово. Услышав, как он выходит из кабинета, я зажигаю одну золотистую свечку на торте.
