Его перестроили, перегородив во всех направлениях кирпичными стенами с дверями и сверху подвесив стальные мостики-переходы, по которым, кстати, прогуливался охранник с ППШ, надзирая сверху за порядком.
– Там у нас боксы стоят, в которых Тьму проращиваем, так сказать, – показал Иван на дверь с надписью «Не входить!». – Из них же тварей для опытов добывали.
– Вот, кстати, всегда хотел спросить, – вскинулся я. – Тьма в любое темное место прорасти может? Вроде как внутрь колесной камеры или в пустой ящик, лишь бы заколочен был?"
"– Нет, не так, – засмеялся он. – Объем должен быть достаточен, эдак с комнатку, или шкаф, например, для кого-то вроде крысаков, а второе – там обязательно отпечаток человеческой ауры должен быть. Человек туда должен был заходить, и не раз. Или руками шарить регулярно, как в том же шкафу. Мистика, понимаю, но так оно и есть, другого объяснения не придумали.
Иван повел дальше нас по длинному коридору до двери с надписью «Отдел содержания», за которым оказалась самая настоящая тюрьма. Или зверинец, тут уж как посмотреть. Проход, решетчатая стена, за ней камеры. В проходе стоит стол, за которым сидит человек в белом лабораторном халате, читающий книгу, на тюремщика никак не похожий.
– Лямыч, как жизнь? – поприветствовал его Иван.
– Да как она может быть? – пожал тот плечами. – Пациенты ведут себя тихо, читать не мешают, следующее дежурство по зоопарку только через неделю, жить можно.
– Слева твари, справа люди, – кратенько описал нам ситуацию Иван. – Или адаптанты, если угодно. Хотя тварей нет сейчас, передохли все, есть только двое одержимых. С кого начнем?
– Тварей я видел, нет их и не надо, давай с сектантов начнем, благо к ним в гости кататься будем, – сразу сказал я.
– Никаких проблем. Пошли.
Сделав всего несколько шагов, я остановился у первой камеры, забранной частой, но не слишком массивной решеткой. Пустая комнатка с кирпичными стенами, грубо сколоченный топчан с соломенным матрасом, солдатское одеяло. На топчане, поджав по-турецки босые ноги, сидела девушка лет шестнадцати с виду, коренастая и некрасивая, с собранными в неряшливый узел светлыми волосами.
Сначала она показалась мне совсем обычной, но потом мое сознание отметило какие-то несообразности с привычным человеческим обликом. Она выглядела как… негатив, пожалуй. Волосы были светлыми, но какими-то белесыми, не седыми и не блондинистыми. Странные волосы.