Автор
В глубине тьмы скрываются потусторонние силы. Прямоугольники и сферические фигуры мерцают на фоне бесконечных черноты. Встреча в лабиринте душевного беспокойства, где каждая ступенька может привести к разгадке загадочной тьмы.
А уж те себя не забудут, на сей счет не беспокойся.
– Тоже верно, – согласился я. – Ты мне только одно скажи, вот это их предложение о переходе в данный исторический момент для нас хорошо? Или плохо?
– По мне так всегда плохо, когда тебя замечают лишний раз, – ответил Федька. – Добра у нас от такого никогда не жди, если по моему опыту судить.
– Хм… возможно, – опять кивнул я. – Ты мне вот еще что скажи… УпрО – это же отдел Горбезопасности?
– Точно, – сказал Федька. – А что?
– А он на кого работает в местном раскладе?
– Бабинов, что им командует, в принципе сам по себе. Он раньше, говорят, в армии особистом был, скользкий и крученный что твой угорь, хрен ухватишь. Но вообще в приятелях с Милославским ходит, с Евстигнеевым они так, постольку-поскольку, конкуренты типа.
Вот теперь расклад сил в городе стал еще понятней. Есть глава Администрации, который тут за главного, а под ним две группировки, соперничающие и даже враждующие. Возможно, что и с его подачи, типа балансная схема, сдержки, противовесы и безопасность своего собственного трона. Поэтому же «упроды» вокруг профессора постоянно.
– Ладно, пока предлагаю между группировками голову не совать добровольно, – сказал я. – Предложение разведбата, буде такое прозвучит, пока игнорировать, но максимально вежливо, будем посмотреть. Да и не верю я, если честно, что тут только наша лихость причиной, что-то тут еще есть. Не фиг то как мы там и воевали, самая банальная перестрелка.
– А что тогда? – спросила Настя.
– Без понятия, – честно ответил я. – Но не зря же нас Милославский так активно к себе тащил, причем даже аэродром от конфискации спас. Как-то удивляет, когда сперва ничего и ничего, а потом ты разом всем нужен.
* * *
С Сергеем, заведующим безопасностью на сальцевском базаре, мы столкнулись прямо на стоянке. Тот выбирался из-за руля большого доджа «три четверти», который явно у него был за личный транспорт, и очень удивился, обнаружив нас рядом с собой, выбирающихся из остановившегося «тазика». Скосил глаза на Настю, вроде как даже узнав, поздоровался.
– Серег, ну что? – не стал тянуть волынку Федька. – Есть что-нибудь для нас?
– Да пожалуй, что и нет, – сказал тот, и посмотрев на вытянувшееся федькино лицо, добавил: – Нет, потому что никакая Скляр в обозримом прошлом из Углегорска в Сальцево не перебиралась. Если только не сказалась свежепровалившейся и не назвалась другой фамилией, такое тоже бывало, если кто из города валит и хвосты рвет. Но без фотографии этого проверить не могу.
