Автор
В глубине тьмы скрываются потусторонние силы. Прямоугольники и сферические фигуры мерцают на фоне бесконечных черноты. Встреча в лабиринте душевного беспокойства, где каждая ступенька может привести к разгадке загадочной тьмы.
Станция здесь такая… большая, все заборы да пакгаузы, месте, откуда по нам палить начать можно, не пересчитать. И деваться нам отсюда некуда, лес прижимает, а если сунуться по самой железной дороге, то уведет она черт знает куда через тот же лес и уткнется в разобранный мост. И что там делать? Только обратно, сюда вот, к станции возвращаться. Паршивое место, в общем.
Откуда в нас выстрелили, я так и не понял поначалу. И выстрела самого не услышал, в машине шумно, шлемофон опять же, только звон и удар.
Ритм работы мотора сбился, что-то загрохотало, «жужа» качнулась взад и вперед, а я заорал, тщетно при этом выискивая цель для пулемета:
– К депо прижимайся, расстреляют! К депо, не спи!
Остро завоняло горелым маслом, в отсек откуда-то напустило едкого тяжелого дыма. Машина заныла истошно, и грохоча чем-то в своем нутре, словно болтами в железной бочке, все же потянула нас в сторону ближайших строений.
– Вон ворота открыты, прямо в них давай! – закричал я.
– Не пройдем! – заорал Иван, подразумевая не слишком-то широкий зазор между стоящим прямо в воротах паровозом и стальной рамой раздвижных ворот.
– Пройдем, не очкуй! – крикнул я ему и затем Федьке: – Жми! Разнесут иначе!
Снова гулкий звон, и прямо в броне перед нами появилась маленькая круглая дыра.
– Из пэтээра бьют!
Это я и без ивановых криков понять смог, что же еще могло быть такого калибра и не очередями стреляющее? Только противотанковое ружье, в Отечественную таких много наделали, на всех хватит.
Долбануло еще раз, и опять насквозь, через наш отсек, звонко, с искрой и грохотом, разорвав попутно спинку кресла. Запахло еще и электросваркой почему-то, причем так резко, что вонь горелого масла перекрыло.
«Жужа», дергаясь в неимоверной вибрации, неслась со страшным грохотом прямо по путям и стрелкам, сшибая какие-то низкие заборчики и знаки, оставляя за собой дымный шлейф. По броне защелкали винтовочные пули, нас уже обстреливали с нескольких точек. А вот противотанковое ружье замолчало.
– Приготовиться покинуть машину! – заорал я что было сил, попутно вырывая штекер ТПУ.
