Автор
В глубине тьмы скрываются потусторонние силы. Прямоугольники и сферические фигуры мерцают на фоне бесконечных черноты. Встреча в лабиринте душевного беспокойства, где каждая ступенька может привести к разгадке загадочной тьмы.
Сначала он сообщил мне, что я обязан сфотографироваться на документы, затем отправил меня в бухгалтерию, всучив пачку бумаг, где мне пришлось посидеть минут десять, пока меня вносили в какие-то ведомости, и после чего я получил на руки нечто интересное – «Расчетную книжку» с отрывными страницами вроде чеков, на каждой из которых стоял синий штамп, обозначавший номинал чека, и чья-то небрежная подпись.
– И что, не подделают? – удивился я такой простоте местного расчетного средства.
– Да кто подделает? – спросила толстая девушка с усами и кудрявыми черными волосами, сидевшая за столом напротив.
– Ага, хорошо, – кивнул я, убирая книжку в карман джинсов.
– Идите в вещевую службу, там ждут.
В отличие от бухгалтерии, сидевшей на втором этаже, вещевой склад размещался в подвале.
– Повезло тебе! – объявила она. – А я сюда в ночной сорочке и босиком, хорошо что лето было.
– Это как?
– В уборной лампочка перегорела, – пояснила она, начиная заполнять вещевой аттестат на меня. – Получаешь пока летнее обмундирование и… ага, спецодежду.
Почему то я такой тираде на пункте «плащ кожаный дефицитный» не удивился ни разу. Не знаю почему, но вот такое предчувствие у меня сложилось сразу же, как Березаев про него упомянул. Понятия «вещевой склад» и «безвозмездная выдача кожаного плаща» никак в моей вселенной не могли ужиться вместе.
"С остальным проблем не возникло. Даже сапоги дали померить сразу несколько пар, причем вполне добротные, юфтевые, не кирзачи. Предупредив, правда, что если их изорву до окончания срока носки, то потом уже кирза достанется. Гимнастерку выдали хэбэшную, сдавленную по сгибам так, что о складки порезаться можно было, словно ее с помощью пресса упаковывали. Выдали непривычно не слишком широкие галифе, отмотали портянок.
