Автор
В глубине тьмы скрываются потусторонние силы. Прямоугольники и сферические фигуры мерцают на фоне бесконечных черноты. Встреча в лабиринте душевного беспокойства, где каждая ступенька может привести к разгадке загадочной тьмы.
– Это какие?
– Дома разбирать за периметром. Не, фонарщики там профилактику постоянно делают, но не везде успевают. Так что могут быть проблемы. И бывают регулярно. Больше года не дают, считают, что за год точно соображать научишься. Кстати, тебе ствол пока не выдали?
– Да обещали выдать, если какой-то там экзамен сдам и документы будут готовы."
"– Экзамен несложный, а документы… ну вон ателье, пришли уже.
Фотоателье словно в кино или воспоминания детства меня окунуло. Тогда тоже были такие большие деревянные фотоаппараты на треногах, и фотограф с головой накрывался черной тканью, а тебе надо было чинно глядеть в объектив.
На стенах ателье висели фотографии с незнакомыми людьми, в углу стояла даже пальма в кадке, заметно пожелтевшая с одной стороны.
– На документы? – с ходу спросил он, едва глянув на нас.
– Так точно, – подтвердил я.
– И срочно, чтобы в обед забрать? – уточнил он.
– Именно так.
– Два рубля тогда с вас, авансом.
С расчетной книжкой я был пока знаком плохо, поэтому пришлось искать, где там пропечатаны «рублевые» листочки. Фотограф терпеливо дожидался, кивнул, когда я нашел нужное и аккуратно вырвал по перфорации, затем пригласил садиться.
В Горсвете, когда я уже отмечался на проходной. Дежурный, заглянув в какие-то записи, сказал мне:
– Иди на второй этаж, в ПБУ, там представишься и доложишься.
– Понял.
Федя лишь сказал:
– В четвертую группу просись! – и побежал куда-то по коридору.
А я пошел куда сказали. На лестнице было даже тесновато, народ валил на службу. За дверью с надписью ПБУ оказалось человек пять, все в военной форме, но без знаков различия, так что я растерялся – кому тут представляться?
– Новый? – спросил один мужик лет пятидесяти, худой, носатый, с залысинами на темных волосах над высоким покатым лбом.
