Автор
Вдали расстилается земля, зачарованная темными лесами и синими просторами Висковых дубрав. Высота терема надевает на княгиню Евпраксию величие — она стоит верхом на холме, а широкая галерея узрет мир из окон своих лунных хором.
Уперевшись в забор, он зачем-то пошел вдоль него, остановившись лишь после того, как почти потерял из виду желтую, теряющуюся во мраке звездочку костра, одновременно поняв, что попал в зону интерфейсных линий и кабелей контроля, проходящих вдоль периметра полигона – высокого бетонного забора…
В этом месте споткнуться о кабель и упасть было проще пареной репы даже днем.
Споткнувшись о какую-то распределительную коробку размером с кирпич и сбив с нее кофр, Калнин нагнулся, чтобы исправить содеянное. Но, сообразив, что в темноте можно без труда поймать высокое напряжение на оголенных точках крепежа силового кабеля, лейтенант скомандовал сам себе: «Стоп, встать, – ни с места!» и, расстегнув брюки, с наслаждением выдохнул…
Он не заметил, что там, в коробке линейного усилителя, совершенно незаметной в темноте, на мгновение вспыхнула искра короткого замыкания, неяркая, но бело-голубая.
* * *В группе нуль-навигации сразу засуетились.
– Что это было?!
– Напряжение упало на полсекунды.
– Ты что?! С чего?
– У местных спроси. Мы от полигона питаемся. Я их силовой подключил.
– Заче-е-ем?!?
– Бензинчик сэкономить. Наш генератор, знаешь, сколько жрет?
– Боже мой!
– Ты смотри, смотри! У тебя же фазы разбежались!
– А что я сделать-то могу?!
– Сейчас тепморальный дребезг начнется, если не задемпфируешь все, кроме седьмого!
– Если я задемпфирую седьмой, возрастет добротность, – так к повороту раскачает, не поймаешь.
– Ну, упустил, дурак, теперь задребезжало!
* * *Аверьянов быстро протянул руку туда, где три минуты назад положил нож.
Ножа не было.
Не отпуская фала, Николай провел по поверхности ящика ладонью, но ножа так и не ощутил. Скосив глаза, он вдруг увидел свой нож, спокойно висящий сам собой в воздухе, в полметре от головы. В тот же момент нож исчез в том месте, где висел, и одновременно с этим возник – лежа на ящике именно там, куда Аверьянов его положил.
Он быстро схватил нож, но мгновенно понял, что обрезать ему уже нечего: рулон колючки лежал на полу, ящик с выпивкой не был привязан, а бутылка «Smirnoff» сама собой встала на свое место в ящике, совершенно непонятно как исчезнув из его рук.
Рефлекторно, почти не думая, Аверьянов вытянул из ящика литровую бутылку «Smirnoff». Подумал: «Теперь остается забить опустевшее после нее место чем-то мягким, снова натянуть растяжку, идущую от угла ящика к крепежной серьге каркаса контейнера, выведенной сквозь декор-обшивку».
