Потом он замешивал тесто и весь день лепил пельмени, помещая их по мере приготовления в морозильную камеру. При температуре минус восемнадцать градусов они могли лежать там сколько угодно. Но этого обычно не случалось. Приходили гости, Петрович брал очередную порцию пельменей, бросал их в кипяток и через пять минут раскладывал по тарелкам.
Гости приходили часто — им нравились пельмени Петровича. А ему приходилось повторять процедуру приготовления пельменей не реже, чем раз в месяц.
Сейчас Петрович уединился с телефоном в дальней комнате. Его знакомый оказался действительно хорошо осведомленным человеком и разговор продолжался уже минут двадцать.
Виктор ждал результата. Уничтожив пельмени, он выпил небольшую чашечку крепкого кофе и почувствовал себя готовым к любым подвигам. Чтобы как-то заполнить время, он решил вымыть посуду.
В это время дверь на кухню скрипнула и появился Петрович.
— Виктор, ты с ума сошел. Ты же мой гость, расслабляйся.
Петрович сел к столу, потер руки и жестом предложил Виктору стул.
— Скажи пожалуйста, — начал он, — к тебе от Деда раньше поступали какие-нибудь предложения?
— Раза два было, — нехотя сказал Виктор, — но я отказался.
— Я догадываюсь, что это связано с твоим умением драться и предполагаю, что это было с его стороны не последнее слово. Дело в том, что эти ребятки не из команды Деда.
— Что? — вскочил Виктор. — И я их выпустил?!
На ходу запрыгнув в туфли, он пулей вылетел из квартиры.
— Куда ты, подожди, — бросился за ним Петрович, но Виктор уже ехал на лифте вниз.
Когда Петрович, заперев квартиру, тоже выбрался на улицу, машина Виктора, отчаянно сигналя стайке играющих на дороге девчонок, поворачивала за угол.
Коротко ругнувшись, Петрович сел за руль и началась погоня. Новослободская улица, Садовое кольцо, Красная Пресня. К дому Виктора они подъезжали вместе.
«Мерседес» а на прежнем месте не оказалось. Виктор, проехав к самому подъезду, выскочил из машины и побежал в дом. Петрович, отдуваясь, спешил за ним. Разница в физической подготовке у них была значительной.
Все же он догнал Виктора на площадке перед лифтом и в квартиру они входили почти одновременно.
В коридоре валялись на полу разбросанные тапочки. Хлопнула незакрытая балконная дверь. Из кухни потянуло запахом винегрета и квашенной капусты.
Виктор подошел к кактусам, пошарил в горшке рукой.
— Что ты ищешь? — устало спросил Петрович и бухнулся на стул.
— Здесь был радиомикрофон. Или они его перепрятали или забрали.
