Героя готовили совершить невозможное, обещая богатство, славу и сверхъестественные возможности. Но все оказалось ложью. Теперь он окружен врагами: ордами нелюдей, инквизиторами, убийцами и интриганами. Каждый хочет что-то от него, но никто не скажет правду. В руинах Мальрока ему предстоит...
"
"Если в вопросе питания Альра была классической аристократкой, то в остальном все не так просто.
Одежда…
Мало того что одежда далеко не изысканная (впервые встречаю здесь женщину в штанах), она еще и латаная-перелатаная, да и хорошая стирка ей не помешает. Ничего удивительного: жизнь партизана — это многочисленные сучки и колючки, способные в хлам изодрать грубую брезентовую робу, не говоря уже о тонких шелках; ночевки на земле в любую погоду; отсутствие бань, прачечных и прочих удобств — при всем желании щеголять в отстиранном и отглаженном не получится.
Манеры…
Ни капли той холодной отстраненности, которой отличалась вдовствующая королева Ортара. Спокойствием аристократическим и плавностью жестов здесь тоже не пахнет: капля ртути на шатком столе — вот ее поведение. Речь, правда, иной раз напыщенная, но не чрезмерно — здесь почти все так говорят, и она ничем не отличается в этом от простецкого Арисата. В общем, засилья снобизма не наблюдается.
Внешность…
Короткие волосы обрезаны весьма небрежно и беспорядочно торчат абсолютно во все стороны. Как-то это не очень похоже на шелковистые локоны изысканной аристократки… Но все равно самая заметная черта. Благодаря цвету: он не просто рыжий, а что называется огненно-рыжий. Будь дело на Земле — заподозрил бы в применении краски, но здесь химия до таких высот еще не добралась. Невысокая — бакайские женщины в сравнении с ней будто звезды баскетбола, — но стройная. Я бы даже сказал, чересчур стройная — жизнь партизана не способствует накоплению жира. Не сказать что красавица писаная, но очень даже мила. На любителя — если нравятся взбалмошные героини аниме с огромными глазищами под гипертрофированными ресницами, то Альра — ваш идеал. Хотя… Причесать по-человечески, приодеть, отмыть… Нестандартной останется, конечно, но на пользу ей это пойдет.
Возраст…
Тогда, ночью, давал ей все тридцать — по голосу судил: очень уж четко, по-взрослому говорила. Но теперь и двадцать боюсь давать.
И вот эту тощую пигалицу, этого воробья взъерошенного, армия Ортара называла Рыжей Смертью?! Неуловимая гроза армии карателей? Великие боги, да эта «партизанка» даже дозорного на ночь не оставила: я бы мог приготовить себе жаркое на ее костре, и никто бы этого не заметил. Или усталость после хулиганства в моем замке сказалась; или не сталкивались с серьезными противниками; или слава девчонке досталась незаслуженно.
