В зловещей темноте Мальрока, свет превращается в мрак, а сам мир становится жертвой своих грязных страстей. Каждый шаг к погибели души приносит только больше крови и отвратительной неземной тьмы. Сюжет настолько умопомрачительный и кровавый, что вызывает у читающих шок и в то же время страстное желание узнать больше....
Он был глуп — умный ведь не станет прикасаться к женщине, заподозренной в связях с Тьмой: только полный дурак такого не испугается. Я им поддакивала, хвалила и по пути попросила развязать руки, а то неудобно ведь. Они меня не опасались — и тут же сняли веревку. После этого я их убила. Легко убила — вот и пригодилось то, чему научил отец. Одного тихо получилось, но второй успел закричать. Руки подвели — я старалась ими шевелить, но они все равно затекли от пут. На крик прибежали другие солдаты, но я успела снять с мертвеца шлем и накинула плащ.
— У тебя кинжал не отобрали? — заинтересованно уточнил Дирбз.
— Отобрали, конечно, но кроме него у меня нож был, и носила я его незаметно. Женщин не опасаются, вот и не обыскали тщательно.
— Сколько тебе лет? Восемнадцать? Вряд ли больше двадцати! И ты говоришь, что сумела ножом быстро убить двух солдат? Пусть и неумехи, пусть совсем глупы, раз на такое дело отважились, но вряд ли они были калеками — даже сердце проткни, сразу не каждый упадет.
— Нож не главное, главное — рука, которая сжимает его рукоять. У нас, межгорцев, свои секреты есть. Мне, конечно, трудно было, но я знала, что делать. И мне повезло — все получилось как надо. Если мне не верите, то спросите этих людей.
— Так все и было, — кивнул один из «партизан». — Я был тогда там и видел, как Альру поволокли в кусты два подонка.
— Я не говорил, что она обманывает, удивился просто, — начал оправдываться сержант.
— И поделом им, ортарцам, — позлорадствовал Арисат, выразительно покосившись на Дирбза.
— Красавица, а что же дальше-то было? — Тук жаждал продолжения.
"— Дальше… А дальше… Бог в ту ночь был на моей стороне, затем мне опять повезло. Не успела отойти от холма, как наткнулась на камнелюдов. Точнее, они сами ко мне прибежали — по запаху нашли. Они, когда сбежали, не решились нас бросить, но и подходить боялись — их пугало то, что делали палачи. А Шобо при бегстве к тому же ранили — стрела пробила его шкуру, и пришлось мне его лечить. Не успела с ним закончить, как прогремел гром — приближалась гроза.
