В зловещей темноте Мальрока, свет превращается в мрак, а сам мир становится жертвой своих грязных страстей. Каждый шаг к погибели души приносит только больше крови и отвратительной неземной тьмы. Сюжет настолько умопомрачительный и кровавый, что вызывает у читающих шок и в то же время страстное желание узнать больше....
Нельзя нам ошибаться — от нас много жизней зависит. Вот и давит этот груз, оттого и мерещатся напасти разные. Если верить таким предчувствиям, так надо было от самой Шниры, бросив все добро, бегом до перевала без остановок мчаться. Не корите себя: все вы там правильно сделали, и в том, что получилось, нет вашей вины."
"— Конфидус… Если я не отлуплю Альрика, нам придется драться с его людьми — они нам не позволят спокойно жить. Не думаю, что у них есть шансы в такой войне, но время потратим, да и без потерь вряд ли обойдемся.
— Дан, я знаю, что вы неплохой воин, но даже у слабака есть шанс. Всякое бывает: подвернете ногу при атаке; неудачно отобьете глупейший по исполнению удар, которого от опытного бойца невозможно ожидать; меч сломается; из зрителей кто-то не удержится и выпустит стрелу.
— Вы считаете, что надо плюнуть на все вероятные плюсы и отказаться?
— Решать вам, но я против. Лучше уж обойтись горошиной, чем в надежде на арбуз потерять последнее маковое зернышко.
Понятная позиция: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе»… Но меня-то не устраивает…
— И на Альру тоже плюнуть?!
— Да… придется, хоть и тяжко на такое решаться. Она сама туда пошла, а ведь мы возражали против этого.
— Она не для себя старалась — для всех.
— Лучше одним пожертвовать, чем… Дан, мне так же неприятно это говорить, как и вам слушать, но мы в ответе за своих людей. Вам нельзя рисковать. Вы слишком добры и к врагам, и к друзьям, а настоящий правитель должен иногда быть жестким, даже жестоким.
— Я поговорю с Дирбзом и Арисатом. Хорошо им мозги промою. Если что случится — они будут подчиняться вам без возражений.
— Опять вы о своем… вижу, все мои доводы до вас не доходят.
— Доходят. Разумом я понимаю, что вы, скорее всего, правы — нельзя сейчас мне рисковать. Слишком ситуация непростая… Но сами только что говорили, что не всегда умом живем — есть и предчувствия. Так вот, мое предчувствие заставляет согласиться на поединок.
— Это плохое предчувствие!
Эх, Конфидус, знал бы ты правду. Предчувствие и впрямь у меня есть, только плохое какое-то. Чую подвох в этом вызове, но не пойму, в чем он заключается.
