В зловещей темноте Мальрока, свет превращается в мрак, а сам мир становится жертвой своих грязных страстей. Каждый шаг к погибели души приносит только больше крови и отвратительной неземной тьмы. Сюжет настолько умопомрачительный и кровавый, что вызывает у читающих шок и в то же время страстное желание узнать больше....
Пиво порадовало меньше: не слишком холодное (мягко говоря) и кислятиной отдавало. Зеленый, попробовав, скривился, и, с трудом пересиливая отвращение, сделал пару глотков. Аристократ пернатый — вино ему дорогое подавай, а не пойло плебейское… разбаловала его королева. Я же, человек простой, не голубых кровей — не пристало вчерашнему зэку носом крутить, — выдул не поморщившись.
Пока набивали желудки, трактирщик поинтересовался — куда мы, собственно, направляемся. Епископ, не переставая жевать, пробурчал в ответ нечто совсем непонятное, а хозяин заведения, уточнив, не собираемся ли мы здесь оставаться до ужина или даже заночевать, оставил нас в покое.
Но даже этот безобидный интерес сильно насторожил — мы поспешили продолжить путь. Сомнительно, что нарвались на шпиона карающих, но не в этом дело. Трактирщик нас запомнил хорошо, и если спросят, опишет с подробностями. Да и как не запомнить, если мы были его единственными клиентами на тот момент? Пара подозрительных верзил, хорошо одетых, но вот попахивает от них вовсе не изысканными духами.
Епископ, оборвав молитву, громко предложил:
— Дан, не лучше ли нам сменить дорогу?
— Вы здесь чего-то опасаетесь?"
"— Трактирщик нас хорошо разглядел, и слуга его тоже.
— Герцог объяснил, что по этой дороге мы можем добраться до Шниры за неделю с небольшим, если не станем жалеть лошадей. А если сможем их менять, то еще быстрее.
— Да, он прав. Но скажите откровенно: вы ему полностью доверяете?
— Я никому не доверяю, в том числе и себе.
— Похвально. У аристократов, тем более такого уровня, белое не обязательно белое — интриги у них сложны и многоходовы. Став винтиком в подобной интриге, можно до самого конца об этом не догадываться и очнуться лишь на виселице. Не думайте, что статус стража вас защитит, — ведь от карающих он не спас. Нет у вашего ордена серьезного влияния. Уважают вас — это да, но на одном уважении не выжить. Представим даже, что он был с вами искренен.
