Автор
Юность - время испытаний и поисков смысла. Герой произведения сталкивается с жизненными трудностями, которые закаляют характер и открывают новые горизонты. Сквозь боль и разочарования проходит путь становления, где каждый шаг ведет к пониманию себя и окружающего мира.
Раздел Chitat.online для книги «На санях» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Юность - время испытаний и поисков смысла. Герой произведения сталкивается с жизненными трудностями, которые закаляют характер и открывают новые горизонты. Сквозь боль и разочарования проходит путь становления, где каждый шаг ведет к пониманию себя и окружающего мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юность - время испытаний и поисков смысла. Герой произведения сталкивается с жизненными трудностями, которые закаляют характер и открывают новые горизонты. Сквозь боль и разочарования проходит путь становления, где каждый шаг ведет к пониманию себя и окружающего мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
СВР расшифровывалось: «сука выпросила распределение». У кого крепкий папаша, тем распределение выпрашивать незачем. А Фреду Струцкому общественная нагрузка пригодится.
Раньше Марк внутренне ощутил бы превосходство, отпустил бы какую-нибудь ироническую реплику типа: «С «лейкой» и с блокнотом, а то и с пулеметом первыми врывались в города?»
А сейчас подумал: «Нечего нос драть, ты в сто раз хуже. Привыкай передвигаться ползком».
И неожиданно для самого себя предложил:
— Хочешь помогу?
Фред ужасно удивился. И обрадовался.
Пошли на второй этаж, в редакционную, где на двух сдвинутых столах лежала склеенная, уже с отпечатанными на машинке статьями, но еще без половины заголовков стенгазета.
Струцкий распределил задания."
"— Я вот этот, длинный: «НАВСТРЕЧУ IV СЪЕЗДУ ЖУРНАЛИСТОВ. ВЫСОКОЕ ДОВЕРИЕ ПАРТИИ ОПРАВДАЕМ». Потом про БАМ и про происки сионистов. А ты давай те два, которые справа: про музыкальный конкурс на подшефном заводе и «международку». Жутко выручишь, я бы один до десяти не успел.
Марк поставил перед собой бутылочку красной туши, взял широкое, лопаточкой перо, и стал аккуратно, старательно выводить заголовки. Первый был «ПЕСНЯ И ТРУД РЯДОМ ИДУТ», второй: «ГРЯЗНЫЕ МЕТОДЫ ПРОТИВНИКОВ РАЗРЯДКИ».
Работа ему внезапно понравилась. Она требовала концентрации, а значит, была бездумной. Какое облегчение — ни о чем не думать. Фред попробовал затеять треп, но Марк на него цыкнул — не отвлекай, кляксу посажу, и тот заткнулся.
Время до десяти пролетело будто под анестезией.
Первая пара была — семинар по партсовжурналистике. Обычно на этой нудятине Марк размышлял о чем-нибудь своем, рисовал в тетрадке, а сегодня, чтоб не заниматься самоистязанием, решил послушать.
Тема была зажигательная: «Творчески выполнять задания партии». Приготовился скучать — у препода Мурада Довлатовича прозвище было «Мудолёт», от «мухи дохнут на лету». Он говорил «шершавым языком плаката», еще и гнусавил.
Но стал слушать — и впервые услышал по-настоящему. Вначале клевал носом, потом встрепенулся. Понял, чему здесь учат. Будто пробки из ушей выскочили.
— Вот все вы знаете цитату: «Партия сказала: надо — комсомол ответил: есть!», — говорил Мудолёт, расхаживая вдоль доски. Он был моторный, не мог сидеть на месте. Когда оживлялся, густые брови начинали прыгать вверх-вниз. — А нам, журналистам, ответить «есть!» недостаточно. Наша с вами работа — осмыслить указание партии, творчески его переработать, перевести в язык и образы, понятные народной массе, и достучаться до сердец.
