Герой, спасший человечество от инопланетной угрозы, был предан и свергнут завистниками. Спустя тысячелетия он возвращается, чтобы восстановить справедливость и вернуть империи былое величие. Эпическая сага о падении и воскрешении легендарного полководца, о силе, мести и цене власти.
Раздел Chitat.online для книги «На страже Империи. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой, спасший человечество от инопланетной угрозы, был предан и свергнут завистниками. Спустя тысячелетия он возвращается, чтобы восстановить справедливость и вернуть империи былое величие. Эпическая сага о падении и воскрешении легендарного полководца, о силе, мести и цене власти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой, спасший человечество от инопланетной угрозы, был предан и свергнут завистниками. Спустя тысячелетия он возвращается, чтобы восстановить справедливость и вернуть империи былое величие. Эпическая сага о падении и воскрешении легендарного полководца, о силе, мести и цене власти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «На страже Империи. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Спустя пару секунд его поддержал и Дивов, принявший в итоге его план.
Вот как, значит. Да, то, что дуэль ведется до первой крови, позволяет при должном умении нанести своему противнику серьезный ущерб одним единственным ударом. После первого же повреждения организма одного из сражающихся зачарованная специальным образом дуэльная площадка включает защитный кокон. Но кто сказал, что это повреждение не может быть ожогом высшей степени, к примеру?
Или переставшей существовать ногой. Или рукой. Я ухмыльнулся. Не ведая того, княжич подсказал мне занятную идею.
— Ну что, господа. Я вижу, секундант уже на месте? — громко произнес я, выходя из сада на дуэльную площадку — большой каменный диск метров двадцати в радиусе, исписанный магическими рунами. — Надеюсь, господин Шувалов не собирается трусливо сбежать с поля боя?
Мой уверенный тон и широкая улыбка не на шутку взбесили княжича. Он гневно сжал кулаки и выкрикнул:
— Не дождешься, низкородный! Ты верно сказал про поле боя. И пощады в бою не будет!
— Это замечательно, Ваше Сиятельство! Только не забывайте, что я не медсестра и не нужно пытаться облить меня чаем!
— Дуэль! Стандартная, до первой крови! Секундант от Шуваловых на правах князя! — взбешенно выкрикнул кодовую фразу оппонент. — Отсчет!
И над диском площадки возник непроницаемый защитный купол, как и вокруг секунданта. Мы с Василием Шуваловым остались один на один.
Глава 4
Дуэль
Поединки я тоже люблю. Большую часть жизни я сражался во главе армий, думая в первую очередь о тактике и стратегии боя, а не о личной силе. Но тем радостней было, когда возможность проверить эту самую силу все-таки выдавалась.
Когда площадку накрыл матово-черный купол, освещающий все бледным мертвенным светом, я хищно улыбнулся. Да, проверить, на что способна местная молодежь в лице этого пижона — главная задача. Но проверить самого себя в новом теле было не менее важно. Так что я решил размяться еще и физически."
"— Три! Два! Один! — раздался из-за завесы усиленный голос секунданта. — Старт!
Шувалов тут же ударил. Не позаботившись ни о какой защите, он мгновенно собрал ману в одной точке перед собой и обратил ее в ревущий поток пламени. Кое-что не меняется даже через тысячи лет — например, безрассудная манера боя Мастеров огня!
Ревущий красный конус понесся ко мне со скоростью летящей стрелы, параллельно расширяясь, охватывая огнем почти четверть поля боя. Попади это в беззащитного человека — ожогами дело бы не кончилось.
Только вот я не беззащитен. В сравнении с заклинанием, которое на меня направил совсем недавно аногорский чернокнижник, чистота этого пламени оставляет желать лучшего.
Я усмехнулся, глядя, как струи огня бессильно рассыпаются о мою Завесу Пустоты.
