На тропе Луны — приключение девочки из невероятной семьи, где каждая встреча с проблемой становится уроком жизни. Вместе с героиней ты будешь преодолевать препятствия, словно волчонок на краю пропасти, а любовь и борьба за выживание станут лебединым перепрыгнутым мостом. Окружение, как и герой, становится не просто фоном сюжета — это ключ к пониманию своего пути на тропе Луны....
"
"– В целом ты прав, Гедеминас. Так вот, полторы тысячи лет назад несколько могущественных людей Земли и Трилунья основали так называемое Охотничье братство. Или Охотничий круг, так его зовут в Трилунье. Если вы подумаете, что его члены охотились на волков, то увы. Волки лишь неизбежные жертвы. Братство охотилось на бессмертие.
– Ого, – сказал Арноха, – я слышал об этом.
– От папы, разумеется, – скривилась Ангелия. Остальные слушали, затаив дыхание, хотя и Марк, и Кира были, надо понимать, в курсе. А бабушка продолжала: – Волк живет до тех пор, пока его не убивают или он не гибнет случайно.
– А… ага, сами в-волки – прямо овечки невинные! – Арноха, как обычно в минуты волнения, начал заикаться, глаза его зло засверкали. – Мою маму волк уб-бил. Знаете, какая лужа была… красная…
– Ты это видел? – спокойно спросила бабушка.
– Н-нет, я на полминуты опоздал. Но и маму, и оборотня видел. И папа сказал…
– Ах, па-а-па сказал, – иронически протянула Ангелия. – Ну, твой папа скажет! Он ведь никогда-никогда не врет, честнее человека нет…
– Стоп. – Кира опять вдавил свою тяжеленную ладонь в стол. – Не надо. Пацан не виноват.
– Тогда пусть не повторяет всякую чушь, которую его папаша несет. Волк убил! Что ты видел, мальчик? Лужу крови?
– Н-на белом… – Арноха и сам стал белее мела, но упорно ловил взгляд Ангелии.
– Если бы это сделал волк, там бы кровавые лохмоться валялись. – Бабушка зло сощурила глаза. – Твоей маме перерезали горло. Чем-то очень тонким и очень прочным. И это точно не были волчьи клыки.
– Ангелия!!! – рявкнул Кира, привставая с места.
– Что «Ангелия»? Его беречь твоя забота, не моя.
Арноха выдохнул. Сжал зубы. Взял себя в руки.
– Оборотни же могли сопротивляться охотникам? – проговорил он полувопросительно, полуутвердительно.
– Конечно, могли… – Бабушка поморщилась, но вернулась к прерванному рассказу: – Волки всегда жили общинами – вроде стай. Свои кварталы, школы, традиции. Связь с человеческими родителями, кстати, не обрывали, да и семьи тоже заводили чаще смешанные, чем чисто волчьи. Волк – это не приговор, это скорее… призвание, обусловленное некоторыми физиологическими особенностями. Скорее дар, чем проклятие, прямо скажем.
