В душном кабинете начальник группы захвата выглядел как воплощение холодного расчетливого сознания. Начальник капитан был широкоплечим, а его лицо казалось вечным мрачным эшелоном на фоне бесконечной тишины. Когда он тронул Варяга за локоть и сказал: "Советую не делать резких движений", то его мрачный голос прорывался сквозь предстоящее драконоидное путешествие, будто нож в корзинке орлов....
Уже три дня он жил в огромном загородном доме. Не так давно этот особняк принадлежал крупному чиновнику из Министерства внешней торговли. С ним случилась маленькая неприятность – он неожиданно выпрыгнул из окна своего служебного кабинета на аккуратную клумбу, находившуюся десятью этажами ниже. Среди соседей блуждал нехороший слушок, что упасть ему помогли, но возбужденное дело скоро было закрыто ввиду отсутствия состава преступления. Полгода дом пустовал – покупателя, едва узнав о судьбе хозяина, поворачивали оглобли, видимо всерьез опасаясь затаившихся под потолком привидений.
– Он почувствовал, что мы за ним следим, – сообщил Хорек. Из-под его досадливо вздернутой губы показались мелкие зубки. Сейчас он действительно напоминал хорька. Колян не удивился бы, если бы его помощник схватил со стола карандаш и начал его грызть. – Вот и затаился.
– Дома он не показывается?
– Нет.
– Установите за домом круглосуточное наблюдение.
– Мы так и сделали, Колян. Сейчас там находится Горыныч. А хватка у него сам знаешь какая, – как у бультерьера! Если уж за кого схватится, так не выпустит.
– Это точно, – поддакнул Угрюмый. – Матереет парень!
Горыныча Федор невзлюбил сразу. Ему не нравилось в нем все, особенно манера разговаривать сквозь зубы, словно Горыныч выдавливал из себя слова. Так же разговаривают подростки в пору полового созревания, когда им очень хочется понравиться девочкам, но они плохо представляют себе, как это сделать, и единственное, на что способен их неискушенный ум, так это строить из себя разудалых молодцов с огромным жизненным опытом.
Горыныч был еще тот дебил. Невозможно было угадать, какая зловещая думка прячется в его лошадиной башке. Он любил убивать и ни от кого не пытался скрывать своей страшной страстишки. Угрюмому порой казалось, что он ощущает на своем затылке холодный змеиный взгляд нового бойца.
Ссориться с Горынычем не входило в планы Федора, а потому он частенько уступал ему в спорах.
– Если дело так пойдет и дальше, то его можно будет поставить во главе десятки, – сказал Хорек и посмотрел на Коляна.
– Для того чтобы командовать людьми, мозги нужны, а у него их нет, – жестко отреагировал Николай.
