В душном кабинете начальник группы захвата выглядел как воплощение холодного расчетливого сознания. Начальник капитан был широкоплечим, а его лицо казалось вечным мрачным эшелоном на фоне бесконечной тишины. Когда он тронул Варяга за локоть и сказал: "Советую не делать резких движений", то его мрачный голос прорывался сквозь предстоящее драконоидное путешествие, будто нож в корзинке орлов....
Накануне к нему подошел майор Захаров, дружески похлопал по плечу и предложил поступать в школу прапорщиков. От лестного предложения сержант отказался и теперь очень боялся, что майор в отместку задержит ожидаемый дембель.
Внезапно сержант увидел справа частые вспышки, и в следующее мгновение стекла грузовика разлетелись вдребезги. Машина вильнула и, потеряв управление, впрыгнула передними колесами на бордюр тротуара. Что-то тяжелое упало сержанту на плечо, и он не сразу сообразил, что это разбитая Голова шофера.
– Лежать, суки! – заорал плотный крепыш, вынырнувший откуда-то из темноты. В руках он держал АКМ. – Лежать, а то пристрелю!
Предупреждение было напрасным – ошалевшие от неожиданности охранники и не думали сопротивляться.
– Ключи! – заорал крепыш, ткнув одного из солдат стволом в скулу.
– Сейчас, сейчас, – заторопился солдат, в ужасе чувствуя, что ключи зацепились за подкладку.
– Быстрее, сучара!
– Вот они.
– Сам открывай, сука! – прорычал крепыш, вновь тыкая охранника стволом в лицо. Рот солдата наполнился кровью.
– Сейчас… Сейчас…
Руки парня тряслись, он долго не мог попасть ключом в замочную скважину.
– Ты что, издеваешься, сучий потрох? Или тебя пристрелить, как этих козлов?!
Отвечать было глупо.
– Лежать!! – заорал крепыш, заметив, что второй солдат начал приходить в себя после удара затылком о борт машины. – Лежать!
Врожденная крестьянская хитрость подсказала солдату вновь закрыть глаза и притвориться покойником.
– Выходим!.. Быстро! – орал крепыш, размахивая автоматом. По его свирепому взгляду и стиснутым челюстям было ясно, что он готов стрелять.
– Ну, бля буду, вовремя! – выглянул из глубины фургона Крот. Улыбка у него была широкая, бесшабашная. – Как чуяла моя душа! Если бы вы знали, родненькие, как я рад вас видеть!
Он спрыгнул из кузова на землю.
– Ну, братки, вы и даете! Поаккуратнее не могли, что ли?! – закричал Серый. – Я так лбом звезданулся, что до сих пор в башке маяки мигают!
– Быстрее! – торопил крепыш. – Сейчас здесь менты будут.
