Автор
Небо изменило свой цвет — от теплого медного света к холодному фиолету, а облака как будто замерцали, пряча за собой огоньки городских светодиодов. Это необычная история любви среди волны моря и тонких листьев оригами.
Звонили в основном поклонники творчества «На краю», которые были им крайне признательны за музыку, они же задавали кумирам вопросы – на вкус Остапа, бестолковые. Сам он, казалось, ничуть не расстроился, что узнать о свадьбах барабанщика ничего не получилось – у него в рукаве козыри куда более сильные.
– Реклама, – раздалось в наушниках, и напряжение у присутствующих слегка спало. В обоих помещениях – и в студии, и в аппаратной вновь стало очень шумно.
Гитарист «На краю», что-то говоря беловолосому, потянулся, обнажив слегка живот, и женская половина умилилась.
– Кей, Фил, – по-родительски строго позвал парней Андрей, который только что вернулся в студию. – За мной.
Музыканты переглянулись, явно не поняв, в чем дело, но, не задавая вопросов, встали и пошли за менеджером. Остап проводил их маленькими, хитро прищуренными глазками и, прикрикивая на вновь подскочившую к нему девушку-гримера, с удовольствием подумал, что он жуткий молодец.
О чем беседовали эти трое, ведущий не знал, зато свидетелем части их разговора стал один из осветителей, бегавший во время рекламного перерыва покурить. Он случайно услышал голоса и остановился из любопытства.
Сначала до него долетели обрывки ругательств, а потом, когда осветитель подошел ближе, услышал жесткий голос менеджера:
– … не пойму, откуда у него эта информация.
– В порядке. Пусть… – нерешительно проговорил гитарист – его голос любопытный осветитель разобрал с трудом. – Не знаю, откуда он это узнал.
– Не время искать причины. Нужно что-то делать, – отозвался Кей. Его голос срывался от злости. – И я знаю, что. Это поможет. Такая новость, – сарказм в его голосе зашкаливал.
– Нет, – отрезал Андрей.
– О, прости, но да, – отозвался фронтмен НК.
– Ты не будешь этого делать ни сейчас, ни потом, – решительно возразил менеджер. – Мы все решим.
– Ты однажды уже решил, – отвечал ему музыкант. О чем он говорил, было непонятно. – Теперь решать буду я.
– Кей! Кей, постой! Не надо!
– Антон! – раздался и голос Фила. Осветитель с трудом сообразил, что так, скорее всего, зовут лидера НК, и даже довольно присвистнул – они оказались тезками.
