"
"– Этого не было в плане сценария! – горячо шептал в это время исполнительный продюсер менеджеру, теребящему острый ворот стильной молочного цвета рубашки. – Господин Коварин, что происходит? «На краю» распадаются?! Почему вы нас не предупредили? Как вообще так?
Андрей лишь устало пожал плечами.
– Видимо, на все воля Божья, – сказал он и отвернулся, сжав кулак правой руки так, как будто бы хотел кому-то хорошенько врезать.
Для алмаза Хоупа нашелся достаточно мощный источник света и без чужих усилий.
И теперь его холодное сияние грозило ослепить всех тех, кто не успел прикрыть глаза в надежде насладиться диковинной красотой камня.
* * *– Вот ублюдок, – с чувством сказал Рэн, застывший перед широким плоским экраном в гостиной большого дома, по которому, казалось, весьма успешно пронеслись Мамай с ордой – еще совсем недавно тут было людно и шумно. На вчерашней вечеринке он и его компания перебрали, а потому только что проснувшийся гитарист, в голове которого гудел рой пчел, и опоздал на прямой эфир.
С опаской поглядывая в экран телефона, на котором значилось несметное количество пропущенных от «Андрей», он включил MBS и попал прямиком на слова Антона о распаде.
Эта новость его ошеломила так, что Рэн ударил по стене кулаком и громко выругался.
– Совсем поехал? – сонно прищурился Лис, выползая из соседней комнаты.
– Этот придурок распустил группу! – заорал Рэн, и друг удивленно взглянул на экран – крупным планом показывали Кея.
Он улыбался, но угольные глаза его были серьезными.
* * *Еще одни глаза, наблюдавшие за ходом передачи, – но уже естественного, шоколадного оттенка, смеялись. Их обладателю было весело – он и не думал, что Кей сделает это, и теперь ему было интересно – каков будет следующий шаг фронтмена «На краю». Ах да, бывшего фронтмена, разумеется!
Однако веселье это было злым. Темноволосому задумчивому парню не нравилось такое своеволие. Кею не стоило так опрометчиво поступать. Годы усилий сошли на нет.
Неужели он не понимает?
Что он ставит выше?
Он музыкант?
– Хватит пялиться в телефон, – решительно сказали над ухом по-английски. – Иди в студию.
Он поднял взгляд – над ним завис красноволосый, с хищным выражением лица парень, получивший прозвище Марс.
– Гектор начинает злиться, – с подтекстом сказал Марс, с таким выражением, как будто бы шутки про загадочного Гектора стали повсеместными в том небольшом коллективе, к которому оба принадлежали.
