Кроме того, Кирилл стал обладателем солнцезащитных, во все лицо, очков и алой помады.
Из бутика нас провожали едва ли не со слезами на глазах. Как на войну. Кирилл успел сродниться с Ириной и остальными консультантами настолько, что они даже улыбались ему искренне и зазывали прийти к ним вновь. А когда мы уходили, я краем уха случайно услышала:
– Жалко, такой классный парень, а транс.
– Но ведь девушка с ним!
– Да какая она ему девушка! Просто друг!
Дальнейшее я уже не слышала – вышла следом за радостным Кириллом на улицу, темноту которой разгоняли тысячи огней.
– В отель? – внимательно посмотрела я на Кирилла, терзаемая любопытством: зачем?
Зачем он это делает с собой?
Всего лишь один вопрос и столько много домыслов.
– В отель, Катя, – улыбнулся тот, вновь демонстрируя милые мимические морщинки на щеках.
Он пошарился по мобильному Интернету, видимо, ища номера телефонов такси, и вызвал машину. Я сначала не хотела ехать, несколько опасаясь своего нового, столь экстравагантного знакомого, но Кирилл настоял на этом, пригрозив, что иначе он пойдем следом за мной хвостиком. Такая перспектива меня не устраивала, да и я уже порядком устала.
– Какая из меня получается девушка? – осведомился мой новый знакомый писклявым голосом.
– Хорошенькая, – ответила я.
Издалека и со спины Кирилл, и правда, был ничего в своей шляпке и изумрудном платье в пол. А вот лицо, фигура и походка явно выдавали в нем мужчину.
– Твой парень оценит, – случайно добавила я. Кирилл прищурился.
– Мой – кто? – спросил он.
– Парень, – растерялась я.
– Эй, Катя, ты рано записала меня на корабль под радужным флагом, – возмутился Кирилл.
– Правда? – удивилась я.
– Еще бы! Мне нравились, нравятся и будут нравиться девушки! Спасибо, что разделила со мной этот кошмарный миг, – покаянно сказал Кирилл.
– А разве тебе не нравится переодеваться в женщин? – удивилась вновь я.
– К сожалению, хотя, нет, к радости – не нравится. Я чувствую себя омерзительно, хотя на мне нет колготок. Я их в детстве ненавидел, когда ходил в детский сад. А мама заставляла их натягивать, – поделился он трагическим воспоминанием. – А этот бюстгальтер? Знаешь, как мешается?
– Подозреваю, – тронула улыбка мои губы.
– А каблуки? Полный мрак. Хорошо, что не шпильки, – продолжал ворчать Кирилл, то и дело поправляя что-то в своей одежде.
И на этом наш разговор оборвался – приехал автомобиль, а я решила про себя, что этот Кирилл – просто фрик. Но, кажется, человек неплохой, обаятельный и веселый. А еще – без комплексов.
Едва мы очутились в машине, вдвоем усевшись на заднее сиденье, как мой телефон зазвонил.
– Что с самолетом, Антон? – вместо приветствия тотчас сказала я, ожидая этого звонка. В моем голосе была надежда.