Для тебя это будет подходящая компания. Возьмите-ка его, братцы, под белы рученьки да суньте в приемник-распределитель.
Варяг посмотрел на сопровождавших его офицеров, которые в ответ только кисло поморщились, в их взглядах он читал: «Это тебе не наше сопровождение, здесь хозяин подполковник Беспалый. Извини, брат, что так получилось».
Молоденький лейтенант негромко попросил замешкавшегося в дверях вокзала Варяга:
– Пошли, заключенный. Подполковник Беспалый ждать не любит, – и уже когда они вышли на воздух, добавил: – Тут неделю назад три вора по этапу прибыли. Один из них что-то неласковое Беспалому сказал, так подполковник велел связать его «ласточкой». Вот и пролежал он в «локалке» сутки на глазах у всех зеков.
На всякое оскорбление законный обязан был отвечать ударом, и совсем неважно, кто стоит перед ним – опер, искушенный во всех воровских тонкостях, или такой же вор в законе, как и он сам. И если ответа не последовало, то подобное расценивалось как слабоволие и вчерашнего авторитета понижали до уровня «мужика». С этого момента вход в воровскую элиту для такого развенчанного был навсегда закрыт, и всю оставшуюся жизнь приходилось видеть снисходительные ухмылочки.
Можно только догадываться об участи посрамленного вора, стянутого в «ласточку». Наверняка такого задолбит подрастающая молодежь, всегда готовая утвердиться за счет слабейшего. Как правило, они сбиваются в кучу и щиплют обесчещенного, подобно тому как это делает стая гусей с «гадким утенком», случайно забредшим на чужой двор.
– Вор вору рознь, – спокойно ответил Варяг, идя к дожидающемуся «воронку».
ГЛАВА 29"
"Приемник-распределитель представлял собой огромный барак, стоящий на самом берегу спокойной северной речки. Скорее всего, столь замечательное строение здесь было воздвигнуто в воспитательных целях, чтобы бродяги и воры, созерцая неспешное течение вод, смогли оставить мысли о своем дурном промысле и переродиться в примерных, послушных строителей светлого будущего. Этот барак был единственным приемником-распределителем на тысячу километров вокруг. Он, как губка, впитывал в себя сотни и сотни ожидающих приговора; собирал осужденных, уже получивших свой законный срок; еще больше через приемник проходило самых разных бродяг и бездомных, которые вообще никогда не бывали в ладах с законом. Весь этот народ здесь тщательно отфильтровывался, и потом большую их часть распихивали по дальним колониям в глухих таежных тупиках.