А когда уже глаза стали привыкать к темноте, эта полоса ушла, и на небе появились звезды, были они чужими, очень яркими, совсем непохожими на наши, и складывались совсем в другие рисунки. А еще через час на небосвод выползла из-за горизонта голубая луна. Маленькая, с треть нашей, она зависла на серо-черном небе и сразу стало как-то стыло и непонятно сумрачно – вроде и не очень темно, а различить внизу почти ничего не удается.
И когда этот голубой, немного неправильный лунный диск завис над нашей головой, рядом, вверху, внизу, под нами взвыл целый хор. Такого рева, воя, пронзительных криков я не то, что не слышал, даже представить не мог, что можно так кричать. У меня от этого ора кровь в жилах застыла, и стало очень зябко и страшно. Вика, похоже, испытывала то же самое, потому что прижалась ко мне и спрятала свою голову на моей груди. Мы оба начали дрожать от непонятных странных ощущений, но тут этот приветственный ор стих, и мир наполнился ночными криками и шорохом.
Я вбил в ствол кинжал и привязал себя с девушкой к нему, теперь даже если заснем, то не упадем, и закрыл глаза, надеясь хоть немного отдохнуть. А потом начал думать о том, как правильно и умно устроен этот мир. На Земле не было никогда таких грозных хищников, которым не могли бы противостоять люди. Все живое создано соразмерно, и поэтому человек занял свое место в пищевой пирамиде на самом верху. А вот на этой планете шансов у нас, людей, никаких нет, здесь гораздо крупнее звери и хищники, поэтому мы для них легкая добыча. Мы здесь не коты, а мыши.
Возможно, здесь бы выжили наши неандертальцы, но вероятнее всего и для них не нашлось бы тут места. Это чужой мир, и создан он для других размеров и видов, делать нам здесь нечего, а то, что мы сюда попали, просто случайность, и вероятнее всего трагическая. Но что тут поделаешь? Чтобы с этим миром говорить на «ты», нужно иметь соответствующее оружие, а не мечи и кинжалы, пусть очень хорошие. Конечно, с оружием мы со зверьем становимся равны, у них когти, у нас клинки, но ведь надо же еще учитывать силу и размеры. Даже если земным мышам дать большие когти, коты не перестанут их есть.
Я лениво думал об этом и немного дремал, когда внутри моего тела что-то встревожилось, заговорило, и даже заекало. Я сразу понял, что приближается опасность и явно нешуточная, если меня так колбасит, поэтому мгновенно открыл глаза и огляделся. Луна все еще висела на небе, своим голубым светом не давая рассмотреть то, что происходило внизу.
