Жанр
Солнце жарило безоблачным небом, а рядом скрипела трава, словно хриплый голос призывал к отдыху. Головная боль была нестерпимой, но организм чувствовал себя несильно уставшим — ватная дремота и желание остаться там же, где лежал. Все еще было странно, как я оказался здесь — незнакомым окружением, а не дома или под открытым небом. В этот момент мужик в форме НКВД внезапно появился рядом, и приказ его слов привел меня в тревогу....
Все сразу заняли позиции за укрытиями и наставили стволы в разные стороны. Толпа качнулась, но тут Леха дал очередь поверх голов.
— На землю! Быстро!
Вся площадь присела, только старичок продолжал стоять и ухмыляться.
— Пока вы тут пуляете, там склад-то возьмут — солдатик не выстоит.
Я молча резким взмахом кисти отправил наш мотоцикл на то место, откуда прозвучал выстрел. Хорошо их оттренировал — следят и за обстановкой, и за командиром.
Мотоцикл скрылся за поворотом и тут же прозвучала очередь. Стрелял немецкий пулемет.
— Так. Всем не расходиться. Где есть ближайшие сотрудники горкома?
Нам показали на дом, спрятавшийся в тени высокой березы. Через три минуты мы уже беседовали внутри с мужичком лет пятидесяти, который был ответственным за коммунальное хозяйство города.
— А где все начальство, милиция?
— Да драпанули все в первый же день.
— Не ""драпанули"", а выехали согласно предписанием военного времени. — Я усомнился что такое есть, как и в правильности построения речи, но там вроде чем несогласованнее падежи, тем официальнее звучит. Надо будет потренироваться.
— А… ну значит так… нет никого… выехали согласно…
Хы. Вот ведь перец. Подколол. Ну и мы вас…
— Теперь мы здесь в качестве временной военной администрации. Вопросы есть?
— Нет.
— Назначаетесь заместителем горсовета по хозяйственной части города.
— Хорошо. Только нужна бумага.
— Сейчас напишем. Пошли в горком.
В горкоме мы пробыли не больше десяти минут. Мужик был грамотным бюрократом. Так как по партийной линии меня было никак не оформить, он написал на меня документы председателя горсовета — все печати и бланки были собраны в одном здании. Уже на основе этой бумаги я подписал мужику нужные ему бумаги — со своей бумагой я наверное мог писать и такие, по-крайней мере — раз человеку без нее неспокойно.
