Жанр
Солнце жарило безоблачным небом, а рядом скрипела трава, словно хриплый голос призывал к отдыху. Головная боль была нестерпимой, но организм чувствовал себя несильно уставшим — ватная дремота и желание остаться там же, где лежал. Все еще было странно, как я оказался здесь — незнакомым окружением, а не дома или под открытым небом. В этот момент мужик в форме НКВД внезапно появился рядом, и приказ его слов привел меня в тревогу....
К этому времени стекольщики уже изготовили что-то типа горшка с дыркой в дне, в которую была вставлена медная трубка, и они из нее даже получали нити, только они были непостоянны по толщине и часто рвались — трубка была толстовата, да и постоянно прогорала — все-таки температуры слишком высокие, а охлаждение не всегда успевало сработать. Но ничего — глянув на меня волком, коллектив дружно пошел на склад, откуда быстро пришел, получив отлуп — все ценности выдавались только с моего ведома. Деятели. Получив от меня нужную записку, они пропали на три дня, а на четвертый от них прибежал посыльный.
— А дальше — надо строить вытяжную машину и вить нитку.
Пошли к механикам. Механики не обрадовали — вытяжка со скоростями в тысячу метров в минуту, которая требуется для вытяжки нити нормальной толщины, никак не стыковалась с одновременным свиванием нити — там же должна вращаться довольно тяжелая бобина, ее просто не отбалансируешь с нужной точностью, и она разнесет всю установку.
"Дело сдвинулось, когда кто-то произнес:
— А может делать ровницу, ее наматывать на бобину, а уже из этой ровницы — плести нить на отдельной машине?
Действительно, такой разнесенный процесс изготовления нити снимал высокие требования к механизмам — сматывать ровницу с бобины можно было уже с той скоростью, которая доступна для свивания.
