В мире, застывшем в вечной тени, каждое движение вызывает жуткий шепот. Солнце прячется за тонким на мгновение туманом, как если бы даже оно не желало видеть эту безжизненную землю. Возвращение к жизни — это первые шаги через густой барьер непроницаемого холода и смертельной заstaticки....
Похоже, «Начать сначала» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Каньон почти весь погрузился в вечерние сумерки.
Я заметил в нескольких метрах нависающий над водой выступ и, очень тихо приблизившись, нырнул под него. Вовремя. Гладь озера расчертили яркие полосы света поисковых фонарей. Шныряли туда-сюда, разыскивая свои жертвы. Сверху доносились четыре голоса:
– Ты видишь их?
– Отмороженные!
– Что за змеиный урод с ней? Нам говорили, что девчонка одна или с кем-то из людей Морелли!
– Никого нет! Они утонули, а нам теперь головы открутят! Нам нужна была девчонка! Пусть даже не совсем живая! Но никак не утопленница.
На этих жестоких словах, я крепко зажал рот птичке, чтобы ни звука не вырвалось из ее рта. На некоторое время фонари погасли. Но удаляющихся шагов слышно не было, и я терпеливо ждал, пока отморозки Сольвенти окончательно свалят. Свет включился снова, шаря по поверхности воды.
– Их нет! Почему не всплыли? Уходим!
– Нам придется скрыть, что мы их видели. Все жить планируют? Тогда забыли обо всем, ясно?! Или кто-то хочет спуститься в долину и проверить? Или прыгнуть в озеро, как эти долбанутые?
Последнее я еле расслышал.
– Мы спасены! Сейчас проплывем через озеро. И найдем твой дом. Готова?
– Д-д-да. Д-да. Я хочу быстрее выбраться отсюда, Ссашшин! – сбивчиво шептала девчонка. Ее снова трясло от избытка адреналина в крови.
Я и сам был несколько не в себе. И не нашел другого способа, выплеснуть эмоции, как алчно овладеть нежными подрагивающими губами.
Хватит! Мою жажду не утолить так быстро. И нужно выбираться.
На мне остался рюкзак, я перевесил его вперед, а на спине разместил птичку, предварительно стянув с нее отяжелевшую обувь. Сумка Аделин и второй рюкзак остались у того дерева, которое защитило нас от пуль.
Птичка прилипла ко мне так, будто снова боялась упасть и весь путь до реки нервно сопела мне в ухо, изо всех сил стараясь не сомкнуть капканом руки на моей шее.
Холодные потоки воды встретили нас на подходе. Здесь река впадала в озеро.
– Справа есть пологий выход на берег, – указала Аделин. – Иначе придется плыть в реке против течения. И она очень студеная, – вздрогнула она.
Ей уже было холодно.
