В стенах агрохолдинга "Балашовский" шло что-то странное: начбез Марат Хасанович куда-то исчез, а его бес Милана Антоновна не давала покоя сотрудницам. Начбез Никто вновь появился, но вместо обычной грусти сопровождался ощущением непонятного происшествия и загадочности нового прихода....
– Я возражать не стану. До встречи. Ждем тебя.
Марат засунул телефон в карман брюк и произнес, не глядя на Милану:
– Едем в гостиницу выписываться, потом в аэропорт.
Она снова так же безучастно кивнула.
***
Теперь, на обратной дороге, то, что они летят с Маратом в одном салоне, казалось не просто неправильным решением, а настоящим испытанием. Милана в какой-то момент даже малодушно хотела поменять билет с «бизнеса» на «эконом». Или вообще улететь другим рейсом. Все, что угодно, только бы избавиться от присутствия Марата рядом.
Вон он, сидит через проход, уткнувшись в ноутбук. И ничего его не берет. Потому что ему на нее все равно. Это у нее душа и сердце в клочья, а у него был просто спонтанный секс с пьяной дурочкой, по совместительству – совладелицей бизнеса, на который он работает. Но когда Марата Хасановича останавливали подобные мелочи?
Самолет нес их вперед со скоростью восемьсот километров в час.
Вот ее день рождения – один на двоих с Артуром, как раньше с раздражением думала Милана. Ей, как и брату, исполняется восемнадцать лет…
***
Все не так. И день рождения сегодня не только у тебя, но и у твоего противного братца. И подарили ей на день рождения какие-то цацки, пусть и бриллиантовые. Вот Артуру подарили машину. А ей, видите ли, – рано! Интересно, почему Артуру в восемнадцать можно садиться за руль, а Милане – нет?! Несправедливо!
Она, чтобы утешить свое самолюбие, снова принялась вертеться перед зеркалом.
Ну, когда уже приедет отец?! У них сегодня намечен семейный обед по случаю совершеннолетия – ее и Артура. За столом должны собраться, помимо нее, Артура, отца и деда, еще несколько человек: двое партнёров отца по бизнесу и давний друг семьи, а точнее, подруга покойной матери Миланы и Артура, Наталья Николаевна Мелехова с сыном Захаром.
"Наталью Николаевну Милана недолюбливала, потому что она при каждом удобном и, особенно, неудобном случае, так и норовила завести разговор про бедных деток и начать их с Артуром жалеть. А они уже давно не дети, и уж тем более – не бедные.
